Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

АНТИПИРАТСКИЕ ПРИЕМЫ ДЛЯ ТЕХ, кто ценит интеллект как капитал

Заводим в поисковике Яндекса: «Как защитить авторские права». Получаем: «тэги: законодательство, защита прав… Как защитить свои авторские права? В нашей стране – никак».

Заводим в поисковике Яндекса: «Как защитить авторские права». Получаем: «тэги: законодательство, защита прав… Как защитить свои авторские права?
В нашей стране – никак».

Созреваем…

Считается, что уважение к интеллектуальной собственности – свидетельство зрелости общества. В России в силу ее исторических особенностей понятие собственности, тем более интеллектуальной, девальвировано, считают эксперты. По данным из открытых источников, в РФ ежегодно регистрируются приблизительно 50 тысяч заявок на патент. Для сравнения: в США – 500 тысяч, в странах Евросоюза – 400 тысяч, в Китае – 350 тысяч. Там  руководители компаний понимают, что такое интеллектуальная собственность, как ее защищать и для чего это нужно. В отечественном бизнесе это понимание тоже постепенно созревает.

В Ульяновской торгово-промышленной палате отмечают, что объем работ, связанных с регистрацией объектов интеллектуальной собственности –  товарных знаков, изобретений, полезных моделей, промышленных образцов, – в последние годы стабильно растет.

- Желание зарегистрировать товарный знак напрямую связано с намерением предприятия развиваться, быть узнаваемым, успешно конкурировать, – говорит эксперт по патентным вопросам УТПП Елена Горская. – Стремление выделить свой товар –  свидетельство зрелости бизнеса. Предприниматели сегодня хорошо понимают, что вкладывая деньги  в «имя», они тем самым увеличивают  уставной капитал предприятия.  Раскрученный товарный знак дорогого  стоит. Его можно продать вместе с бизнесом или  уступить по лицензионному договору.

Альтернатива товарному знаку – коммерческое обозначение. Это тоже средство индивидуализации, но оно не предполагает таких строгих рамок, как товарный знак. Коммерческие обозначения мы встречаем на каждом шагу – это названия кафе, ресторанов, магазинов, аптек, гостиниц, которые, как правило, принадлежат фирмам, действующим в пределах ограниченной территории. Сейчас Ульяновская торгово-промышленная палата  приступила к разработке Реестра коммерческих обозначений, действующих в регионе.

Чем рискуем?

Возрастающий интерес местного малого и среднего бизнеса к теме защиты интеллектуальной собственности отмечает и  патентный поверенный патентного бюро «Илис» Марина Гончарук:

- Если раньше было больше обращений по поводу регистрации товарных знаков, то сейчас – по поводу патентования. По сравнению с 1995 годом количество таких обращений значительно увеличилось.  Хотя по закону ни регистрация товарных знаков, ни патентование изобретений не являются обязательными. Предприниматели сами решают, нужна им защита государства или нет.

Конечно, можно рискнуть и не защищаться, но опыт показывает, что риск будет расти пропорционально успеху. Вариантов  развития событий масса. Вот несколько из них.

Вариант первый: допустим, предприниматель начал бизнес, придумал название компании, товарный знак, логотип, и дело пошло. И вдруг выясняется, что конкуренты ведут бизнес под этим же товарным знаком. Если он сих пор не зарегистрирован, то конкуренты ничего не нарушают. Более того, могут зарегистрировать его на себя. В этом случае предпринимателю остается выбрать меньшее зло из трех: начать бизнес под другим товарным знаком, купить свой собственный товарный знак у «расторопных» конкурентов или у них же – лицензию на его использование.

Вариант второй: если у предприятия нет патента на продукцию, которую оно выпускает, значит, эту продукцию может спокойно запатентовать конкурент, а потом потребовать, чтобы все, кто использует «его изобретение», купили у него лицензию или сняли продукцию с производства.

Вариант третий: предприниматель закупил оборудование, наладил производство. И в тот момент, когда полученная прибыль начала казаться адекватной понесенным затратам, появляется некто, кто говорит, что технология, которая лежит в основе этого производства, ранее уже запатентована. В худшем случае обладатель прав на патент может потребовать, чтобы действующее производство прекратило выпуск продукции. В лучшем – предложит заключить с ним лицензионный договор.

Вариант четвертый: предприятие покупает у частного лица изобретение, не подписав с ним никаких документов, запускает его в производство, постепенно наращивая объемы. А через несколько лет появляется изобретатель и «сообщает» руководству предприятия, что оно нарушает его право интеллектуальной собственности, поскольку у него есть патент на изобретение, которое они производят. В финале этого сценария может появиться ОБЭП и наложить арест на имущество предприятия. Есть и другой вариант – заплатить вероломному изобретателю еще раз.

За всеми вариантами – реальные истории, но на самом деле и вариантов, и историй гораздо больше.

Что делать?

- Прежде всего – защищаться, регистрировать свое право на товарный знак, на изобретение, на полезную модель, на промышленный образец, – говорит Марина Гончарук.

На западе, где защита интеллектуальной собственности – часть культуры бизнеса, работает железное правило:  придумал – защитил – стал производить. Россияне легких путей не ищут:  сначала изобретают, потом производят и только после этого думают о защите. Такая неправильная цепочка действий чревата рисками, о которых упоминалось выше.

Тем не менее, значительная часть российских компаний (особенно из числа малого и среднего бизнеса) до сих пор не имеет в своих активах ни патентов, ни зарегистрированных товарных знаков. И главное – не видит во всем этом смысла. Одни – потому что не верят, что интеллектуальную собственность можно защитить, другие – потому что не рассматривают интеллектуальную собственность как капитал. Эксперты считают эти доводы несостоятельными.

- Защита защите – рознь, – говорит Марина Гончарук. – Все зависит от объема правовой охраны, который мы в итоге получаем. Изобретение считается использованным (а использование – это и есть нарушение прав на изобретение), если в изделии содержится каждый признак независимого пункта формулы изобретения. Можно составить этот независимый пункт формулы так, что «обойти» изобретение, т.е. не нарушить исключительное право на него, не составит никакого труда.  И наоборот.

- Интеллектуальная собственность имеет стоимостное выражение, – аргументирует Елена Горская, – ее можно использовать в качестве вклада в уставной капитал предприятия. Права на патенты и свидетельства на товарный знак  наравне с другим нематериальным имуществом можно использовать в качестве залога при получении кредитов. Когда предприятие продается, эти нематериальные активы входят в его стоимость. 

В любом случае исключительное право – это благо, – считает эксперт, – движущая сила прогресса. Благодаря этой монополии у людей появляется потребность модернизировать свое изделие либо  расширить существующую  номенклатуру.

Когда приходит понимание

Для крупных предприятий, которые вкладывают значительные средства не только в развитие своего производства, но и в маркетинговую политику, тема охраны интеллектуальной собственности особенно актуальна.

- Создание бренда и его поддержка стоят дорого: участие в выставках, рекламные кампании в федеральных и региональных журналах, полиграфия и презентационная продукция, – говорит председатель совета директоров ГК «Ульяновскмебель» Анатолий Еленкин. – Убытки, которые мы несем из-за использования нашего бренда конкурентами, посчитать  не составляет труда:  процент их прибыли и есть наш убыток. Кроме того, это удар по репутации, ведь мы не можем поручиться за качество тех изделий, которые продают под «нашим флагом». Прецеденты использования нашего бренда «EVITA» были с нашими дилерами в Самаре и в Казани. Дилеры закупали у нас мебель оптом и открывали бренд-секцию «EVITA», в оформление которой мы вкладывали свои средства, кроме того, предоставляли индивидуальные скидки на наш товар. А в итоге при поверке маркетологами выяснилось, что под нашим логотипом продают совершенно другую мебель: менее известную, менее качественную и, соответственно, дешевую. Но покупатели идут на имя, на бренд.

Другая сторона проблемы: потенциальных покупателей уводят прямо из фирменных салонов предприятия, предлагая смастерить точно такую же кухню, только в два раза дешевле, отмечает господин Еленкин:

- Причем именно смастерить, а не изготовить, ведь никакой ответственности за качество  такой копии «гаражники» не несут, материалы и фурнитуру используют самые дешевые. Радует, что  покупатели сейчас более опытные и понимают, что фабричная мебель, изготовленная в условиях производства, отличается от той, что делают в гаражах на площади 12 квадратных метров.

Как защищаться?

В классическом варианте, имея на руках патент или свидетельство на товарный знак, защитить свои интеллектуальные права достаточно легко, считает Марина Гончарук:

- Если вы обнаружили, что ваш товарный знак или изобретение использует кто-то другой, прежде всего, обратитесь к нарушителю с претензионным письмом, сообщите о своем праве на конкретный результат интеллектуальной деятельности и предложите прекратить его использование. Очень часто на этой стадии проблема решается мирным путем, ведь нарушение интеллектуальных прав – не всегда умышленное действие. Нарушитель может ответить, что прекращает использование чужого исключительного права или предложить заключить лицензионный договор. В этом случае правообладатель получает прямую выгоду от предоставления этой лицензии. Если нарушитель не отреагировал на претензионное письмо, тогда можно написать заявление в антимонопольное управление, органы внутренних дел или подать иск в суд.

- Бороться законодательно с копированием мебельных образцов и доказать факт плагиата крайне сложно, – считает господин Еленкин, опираясь на опыт своего предприятия. – Другие полочки, другое цветовое решение, другая фурнитура – и это уже другое изделие, хотя внешне может выглядеть очень похожим. Единственный выход для нас – использование более высоких технологий, более сложных элементов, более дорогих материалов, которые мелкие  предприниматели не могут себе позволить.

Заместитель директора по правовым вопросам Группы Компаний «Александрийские двери» Анастасия Липатоваговорит, что для их предприятия актуальна проблема незаконного использования товарных знаков в сети Интернет, прежде всего доменных имен.

- Недобросовестные конкуренты регистрируют доменные имена, тождественные или сходные до степени смешения  с товарными знаками, которые принадлежат нам, и впоследствии используют их для реализации товаров и услуг других производителей. По двум прецедентам мы обращались в суд и получили положительные для нас решения.

Основная проблема в том, что с момента выявления нарушения до даты фактического исполнения решения суда проходит очень много времени. Например, ответ на запрос о владельце доменного имени  регистратор предоставляет в течение 30 дней. Рассмотрение дела в первой, апелляционной и кассационной инстанциях занимает в среднем около 10-12 месяцев. Затем все зависит от действий  взыскателя и судебных приставов-исполнителей. С учетом загруженности последних исполнительное производство может затянуться очень надолго. Все это время нарушитель продолжает использовать спорное доменное имя в своих интересах и получает дополнительную выгоду за счет известности другого лица.

Суд интеллектуальный

Как показывает практика, бизнес нечасто апеллирует к власти в деле защиты интеллектуальной собственности. Например, в Управление  федеральной антимонопольной службы по Ульяновской области обращений по факту нарушения прав интеллектуальной собственности поступает, мягко говоря, мало: «С 2009 по 2011 годы – десять (три по товарным знакам, одно – по патенту и шесть – по фирменным наименованиям). И динамика роста таких обращений на протяжении последних лет не наблюдается», – так ответила на запрос «ДО» пресс-секретарь управления Елена Константинова.

Защита интеллектуальной собственности в судебном порядке – явление тоже пока достаточно редкое.

- В 2010 и 2011 годах споры о защите исключительных прав в Арбитражном суде Ульяновской области составили 0,1% от общего числа рассмотренных дел, дела о привлечении к административной ответственности за незаконное использование товарного знака – 0,2%. В первом квартале 2012 года количество этих дел увеличилось на 0,1% , – говорит начальник отдела анализа и обобщения судебной практики, законодательства и статистики  Арбитражного суда Ульяновской области Ольга Коннова. – Рассмотрение споров по интеллектуальным правам, как правило, требует наличия специальных знаний у суда, и экспертиза по таким делам не может восполнить их дефицит, потому что сама по себе нуждается в очень серьезной оценке.

Чтобы  повысить эффективность защиты интеллектуальных прав, законодатель принял решение о создании в России специализированного арбитражного суда – Суда по интеллектуальным правам.

Этот суд должен быть образован не позднее, чем 1 февраля 2013 года,  скорее всего, в Москве или в Московской области, не исключено, что в Сколково.

Суд по интеллектуальным правам будет рассматривать в качестве суда первой инстанции дела «о существовании права», например, патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец.  Президиумом Суда эти дела пересматриваются в кассационном порядке.

Дела «о нарушении права» по первой инстанции по-прежнему будут рассматриваться арбитражными судами субъектов Российской Федерации, обжаловаться – в арбитражных апелляционных судах, а пересматриваться в кассационном порядке Судом по интеллектуальным правам.

Страна – в ВТО, пошлины – вверх

Защита интеллектуальной собственности – ахиллесова пята страны, считают эксперты и прогнозируют, что со вступлением в ВТО наши компании получат массу претензий от зарубежных конкурентов, которые имеют многолетний опыт по защите прав интеллектуальной собственности. И в связи с этим призывают российский крупный бизнес провести инвентаризацию своих интеллектуальных активов и проверить их на патентную чистоту.

Что касается малого и среднего отечественного товаропроизводителя, то в условиях открытых «кордонов» ему еще сложнее держать удар. Понятно, что трудности укрепляют, а высокие планки стимулируют прыгать выше. Но и поддержка в таких ситуациях бывает особенно ценной.

Готовясь к вступлению во Всемирную торговую организацию, Россия подтягивает свою законодательную базу к международным стандартам и всячески привлекает внимание отечественного бизнеса к патентованию. Вероятно, самые внимательные уже отметили, что одновременно со вступлением в ВТО в РФ начинает действовать постановление правительства (от 15.09.2011 г. №781) об увеличении пошлин за регистрацию прав на интеллектуальную собственность.                 

Татьяна Захарычева

Для тех, кто не «договорился» с РАО

Предметом авторского права является продукт творчества – произведение. По действующему закону каждый автор, чье творение воспроизводится в «месте, открытом для свободного посещения», или там, где присутствует «значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи», должен получать за это вознаграждение.

Это означает, что рестораны, кафе, клубы, такси (любой объект, где звучит музыка или показывают фильмы) должны заключать лицензионные договоры с Российским авторским обществом (РАО) и отчислять ему определенные суммы (они рассчитываются исходя из прибыли предприятия, которое «эксплуатирует» произведение автора).

Сколько таких договоров заключено в Ульяновске и области, увы, выяснить не удалось – Российское авторское общество не ответило на запрос «ДО» по этому поводу. 

Но в целом по России эта практика прививается, мягко говоря, непросто. Такое отношение к объектам авторского права у россиян, что называется, в крови. В СССР авторы произведений получали на свои творения исключительно моральные права, имущественные переходили государству. То есть рестораны и кафе, будучи государственными, не должны были платить авторам априори.

Сегодня любое предприятие, которое использует чужие произведения в своей коммерческой деятельности и не имеет упомянутых договоров с РАО, нарушает закон. О «выявленных» нарушителях периодически сообщает прокуратура. Например,  в Барыше к административной ответственности за использование музыкальных произведений без договора с РАО привлекли хозяйку кафе «Ласточка». Фигурально выражаясь, это не первая и не последняя «ласточка». Все под законом ходим.

Наша справка:

Интеллектуальная собственность – это объекты авторского права  и промышленной собственности. К первым относятся программы для ЭВМ, произведения науки, искусства и литературы. Ко вторым – изобретения, промышленные образцы, знаки обслуживания, полезные модели, товарные знаки и наименования объектов происхождения продукции.

В случае нарушения прав интеллектуальной собственности в России законодательство установило административную, гражданско-правовую и уголовную ответственность.

Уголовная ответственность наступает в случае, если правообладателю причинен крупный ущерб.

В рамках административного кодекса  за незаконное использование изобретений, полезной модели или промышленного образца предусмотрены следующие штрафы:

для граждан – от 1,5 до 2 тыс. рублей

для должностных лиц – от 10 до 20 тыс. рублей

для юридических лиц – от 30 до 40 тыс. рублей.

Аналогичные штрафы – за незаконное использование товарного знака. Плюс конфискация предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака.

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: