Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Энергодефицит: проблемы истинные и мнимые

В последние годы экономика России развивается быстрее, чем энергетика. Бороться с нехваткой энергомощностей, ставшей серьезным тормозом для дальнейшего роста, предлагается двумя способами: инвестициями и экономией.




Дефицит раз, дефицит два

По статистике, на пять энергодефицитных регионов в России приходится лишь два энергоизбыточных. Однако дефицит дефициту рознь. Специалисты говорят о двух его видах. Балансовый — когда потребление электроэнергии в регионе превышает производственные возможности местных электростанций. Но поскольку энергосистема страны является единой, «недобор» генерации можно покрыть за счет перетока мощности из других регионов. Самый простой (но не самый дешевый) способ упредить возникновение такого дефицита — создать максимальную вариативность распределения потоков энергии.
Второй вид дефицита возникает из-за недостатка мощностей местных подстанций. Здесь «недобор» определяется уже внутренними разводками, генераторами и трансформаторами. Недостаточная пропускная способность и изношенность электросетевого хозяйства становится серьезным ограничителем для подключения новых потребителей и надежного энергоснабжения существующих. В некоторых распределительных сетях износ доходит до 90%.
Действующие генерирующие мощности тоже нуждаются в серьезной модернизации. По данным Госстроя, порядка 30% турбинного оборудования электростанций — 70-80-х годов рождения. Еще около четверти — «дети» 60-х. То есть более половины оборудования российских ТЭЦ, ГЭС и ГРЭС давно выработало свой срок. А потому программа вывода мощностей и программа ввода новых должны рассматриваться комплексно в целом по стране.
Если не выводить из эксплуатации морально устаревшие и изношенные системы — они будут «выводиться» сами. В аварийном режиме. Проблема усугубляется тем, что в советское время делался упор на строительство как можно большей единично установленной мощности. Потому сегодня вывод одного блока сразу становится проблемой. Аварийный же вывод может повлечь очень серьезные последствия.
Всем памятна масштабная авария из разряда системных, что случилась в Москве в мае 2005 года. Сбой на подстанции «Чагино» привел тогда к перегрузке линии электропередачи и лавинной потере напряжения в сети — с отключением сотен тысяч потребителей не только в Москве и Московской области, но в восьми соседних регионах.
— Ставить крест на развитии генерации и полностью рассчитывать на подачу недостающей мощности извне нельзя из-за так называемого фактора устойчивости работы энергосистемы, — заявил в одном из интервью глава «Мосэнерго» Анатолий Копсов. — Если в регионе электроэнергии потребляется больше, чем генерируется, устойчивость местной энергосистемы снижается. Чем больше эта разница, тем ниже энергобезопасность региона.
— Во многих странах пошли, как в природе, — замечает депутат Законодательного Собрания Ульяновской области Вячеслав Алексейчик. — Есть гиганты генерации, есть средние генерирующие мощности, есть малые. Устойчивость таких энергосистем ко всякого рода отклонениям гораздо более высокая, чем у нас.
Поэтому сегодня уместно говорить о необходимости развивать и генерирующие мощности, и системообразующие, и распределительные сети.


Инвестиции в энергетику

Все это требовало колоссальных инвестиций еще на заре перестройки. А потому идеология реформирования РАО «ЕЭС России» свелась к постулату:
у государства средств нет, вся надежда на частника. По Анатолию Чубайсу, если бы не реформа ради притока частных инвестиций, то уже в 2010 году Россию ждал бы энергетический голод и коллапс промышленности.
Инвестиционный план РАО предполагал ввод к 2011 году 40 тыс. МВт новых мощностей — целых 25% прироста к тому, что имелось на начало 2007-го. На частные деньги, которые должны были прийти в тепловую генерацию, только в Поволжье предполагалось построить новые генерирующие мощности в 1 ГВт, что позволит ликвидировать признаки начинающегося энергодефицита. Жизнь внесла серьезные коррективы в эти амбициозные планы. Но развитием энергетики озабочены и государство, и частник.
Так, в Стратегии развития Ульяновской области до 2012 год отмечено, что региональная выработка электроэнергии не позволяет покрыть существующие потребности в объеме 4 млрд. кВт.ч. Это снижает конкурентные преимущества региона для потенциальных инвесторов, планирующих организацию энергоемких производств. А потому приоритетными направлениями развития регионального энергетического сектора названы: создание собственных генерирующих мощностей, комплексная модернизация энергосетей, стимулирование снижения потребления энергии за счет применения современных ресурсосберегающих технологий.
Одним из возможных вариантов решения проблемы энергодефицита должно стать использование имеющегося потенциала в атомной отрасли, связанного с ГНЦ РФ НИИАР.
В Поволжской энергосистеме основные надежды на увеличение мощности связаны сегодня с КЭС-холдингом (ОАО «Комплексные энергетические системы»). Стратегический акционер Волжской ТГК — второй по величине установленной мощности среди всех российских теплогенерирующих компаний — изменения в былые инвестиционные планы РАО уже вносит, причем в сторону уменьшения. И все же до 2012 года КЭС-холдинг намерен осуществить 18 проектов строительства новых мощностей в семи регионах. Их общая стоимость превышает 140 млрд. рублей. Поволжской и уральской энергосистемам это должно дать прибавку мощности в 3000 МВт.
Новым ульяновским энергообъектом стала сданная в эксплуатацию в конце октября насосная станция №1, которая заменила свою предшественницу 1969 года рождения. Инвестпроект из разряда далеко не самых крупных для ВоТГК (порядка 140 млн. рублей), но в Ульяновске — первый за последние 14 лет.
В секторе же энергетики, который остался монопольным, ситуация такова. В 2008 году суммарная стоимость инвестиционных программ ОАО «МРСК Волги» (действует в семи регионах) составит 5,6 млрд. рублей. Сюда входят реконструкция воздушных и кабельных линий, строительство и расширение трансформаторных подстанций. А еще — взятие на баланс бесхозных электрических сетей.
Ульяновские распределительные сети, филиал «МРСК Волги», сообщили, что в развитие электросетевого хозяйства области в текущем году вложено более 275 млн. рублей. Для Ульяновска актуальна установка на подстанции «Свияга» нового трансформатора мощностью 63 МВА. Это позволило повысить надежность электроснабжения Засвияжского района, где сосредоточено почти 60% всего промышленного производства областного центра, и осуществлять технологическое присоединение к сетям новых потребителей. А модернизация подстанции «Лесная» скажется на снабжении электроэнергией потребителей Ленинского района Ульяновска.
Средства в развитие сетевого хозяйства страны идут от продажи генерирующих мощностей частным инвесторам плюс — плата за техническое присоединение к сетям. По данным Ульяновского филиала ОАО «МРСК Волги», за 2007 год заключено 746 договоров с потребителями общей мощностью 25 752 кВт, что втрое больше предыдущего года. Отношение потребителей к решению проблемы сетевого дефицита за их счет известно, но монополия есть монополия.


Полная либерализация

Нет, государственная Стратегия энергетического развития страны, конечно, существует. Госинвестиции в ней тоже предусмотрены. Но рецептом номер один по-прежнему остается либерализация энергорынка. И нарастание энергодефицита подталкивает ускорять темпы этой либерализации.
Жизнь показала, что расчетные данные Энергетической стратегии России по потреблению отдельных видов топлива далеки от реальности. По газу, например, за один год «выбрали» 17-летний планируемый объем потребления. И это при жестких лимитах и при постоянном росте тарифов! Природный газ за последние шесть лет подорожал в 3,4 раза.
Полная либерализация рынка намечалась на 2011 год. Однако принято решение о регулировании цен до 2014-2015 годов. А затем будет реализован принцип «равной доходности», когда цена поставок газа за границу и внутренним потребителям сравняется (за минусом, правда, экспортных пошлин и затрат газовиков на логистику).
При этом цены поставок предприятий ОАО «Газпром» должны регулироваться Федеральной службой по тарифам (ФСТ), а регулятором цен частных компаний становится исключительно рынок — в рамках прямых договоров поставщика и потребителя плюс системы электронных биржевых торгов.
2011 год — знаковый и для рынка электроэнергии. С этого года вся электроэнергия, за исключением потребляемой населением, будет продаваться по свободным ценам. Полная либерализация рынка электроэнергии означает, конечно, рост цен — по некоторым прогнозам, в 2-2,3 раза по сравнению с 2007 годом. Кстати говоря, начиная с 2008 года каждый новый потребитель электроэнергии должен покупать ее по свободным ценам.
Напомним, что с началом реформирования российской энергетики и принятием целого ряда правительственных постановлений цена на электроэнергию стала складываться из двух составляющих — регулируемой и нерегулируемой. Первую определяет региональная служба по тарифам. Вторая складывается из стоимости электроэнергии, которую поставщик покупает на оптовом рынке (где цена формируется под воздействием спроса и предложения на данный момент времени). Казалось бы, все уже приноровились к подобной системе. Но сумятицу в отношения потребителей энергии с ее поставщиками внесло введение с 1 июля текущего года рынка мощности.
Колебание цены покупки электроэнергии с оптового рынка в зависимости от количества часов использования мощности в год особенно почувствовали на себе небольшие потребители — бюджетные учреждения, сфера ЖКХ, малый бизнес. Ситуация для Ульяновской области оказалась столь напряженной, что в ноябре областное правительство направило обращение в адрес ФСТ и Госдумы. Смысл его — в необходимости вмешательства в процесс установления свободных цен на оптовом и розничном рынках электроэнергии.
А ОАО «Ульяновскэнерго» уточнило: резкий скачок свободных цен на электроэнергию произошел только для тех, кто оплачивает энергию по одноставочному тарифу и потребляет ее недостаточно равномерно в течение суток и дней недели, месяца и т.д.
Дело в том, что с июля администратор торговой системы оптового рынка (ОАО «АТС») представляет информацию о средневзвешенных нерегулируемых ценах в формате тарифного меню в каждом конкретном субъекте РФ. В Ульяновской области для потребителей ОАО «Ульяновскэнерго» с 2006 года установлены тарифы, дифференцированные по числу часов использования мощности в год. С точки зрения физики подход этот абсолютно оправдан: предприятие, работающее круглосуточно как в рабочие, так и в выходные дни, имеет ровный график нагрузки и платит, соответственно, меньше за счет потребления дешевой электроэнергии в ночные часы и нерабочие дни.
Но рынок мощности свел на нет законы физики и экономики. Средневзвешенные нерегулируемые цены для потребителей, имеющих менее 2000 часов использования мощности в год, оказались втрое выше цены для потребителей с самым высоким значением — от 7000.
Свое мнение о сложившейся ситуации высказали аналитики энергетического рынка. С одной стороны, привилегии и выигрыш получили потребители, которые умеют грамотно управлять своей нагрузкой, имеют автоматизированную систему учета и максимально равномерно распределяют нагрузку по часам суток. Это логично и правильно. Но, с другой стороны, происходящее не сочетается с программой энергосбережения. Казалось бы, потребитель экономит в своем энергопотреблении и фактически потребляет электроэнергии меньше. Но каждый сэкономленный киловатт-час приносит удорожание стоимости реально потребленного киловатт-часа.


Энергопотребление и энергосбережение

Собственная выработка электроэнергии ульяновских ТЭЦ обеспечивает сегодня около 60% от потребностей региона. Установленная мощность ТЭЦ-1 составляет 435 МВт, ТЭЦ-2 — 417 МВт. По теплу эти станции закрывают порядка 70% потребности города Ульяновска. При этом только по ОАО «Ульяновскэнерго» объем реализации электроэнергии в 2007 году составил 4520 млн. кВтч, прогноз 2008 года — 4473,146 млн. кВтч. А кроме этого гарантирующего поставщика электроэнергии в регионе есть еще несколько более мелких.
— В Ульяновской области реальной угрозы энергодефицита как такового нет, — считает генеральный директор ОАО «Ульяновскэнерго» Михаил Круглов. — Есть проблема отсутствия свободных мощностей на отдельных подстанциях, расположенных в городе Ульяновске. И ее надо решать. А биржевые условия поставки на оптовом рынке позволяют нам осуществить закупку электроэнергии для региона в сколько угодно достаточном объеме. При этом оптовый рынок — достаточно жесткая структура, которая не допускает недисциплинированного к себе отношения. Здесь жесткая система платежей со штрафными санкциями за нарушения графика по дням, серьезные требования к нашему планированию спроса потребителей. И мы начинаем ставить такие же условия своим потребителям. Крупные к этому готовы, им это выгодно: зная, когда электроэнергия дешевле, они могут планировать свое потребление с экономической выгодой. Но для мелких это пока еще достаточно сложно.
В принципе, культура энергосбережения — это не про Россию. Во времена, когда все было общим и фактически неограниченным, энергоемкость нашего промышленного производства в разы превышала западное. Сейчас, получается, то же самое?
Проблема энергоэффективности и в целом энергетики в России — не столько технологическая и даже не экономическая, сколько политическая, то есть, проблема власти, считает доктор технических наук, профессор УлГТУ Владимир Шарапов. Он приводит в пример опыт развитых капиталистических стран по преодолению энергетического кризиса 1970-80-х годов:
— Успешное и быстрое преодоление кризиса стало там возможным только благодаря активным, продуманным и жестким действиям — «цивилизованному насилию» государственных властей. В большинстве западных стран были осуществлены эффективные государственные программы энергосбережения, предусматривающие государственное планирование и финансовую поддержку из государственного бюджета. Государством предоставлялись финансовые льготы при реализации энергосберегающих мероприятий, в том числе — при создании крупных и малых теплофикационных систем, и применялись экономические санкции при несоблюдении государственных нормативов по снижению энергетических затрат. Никто там тогда не сетовал на нарушение демократии, на нарушение рыночных законов — в тот период это было необходимо для безопасности стран Запада. О роли власти говорит также опыт выхода Америки из Великой депрессии, когда меры предпринимались совсем не рыночные и совсем не либеральные.
— А сейчас — разве мировой экономический кризис нынешней осени 2008 года не показал полный крах либеральных идей? — говорит профессор Шарапов. — С чего это вдруг руководство США и европейских стран предприняло лихорадочные меры по государственному регулированию зашатавшейся либеральной суперрыночной экономики? Положение в отечественной энергетике по-прежнему является угрожающим для экономической безопасности страны. Исправление этого положения, в том числе реализация энергосберегающей политики во всех сферах экономики, возможно только при существенном усилении государственного влияния на деятельность энергетических компаний и других субъектов энергетического рынка.
Наши отечественные, увы, немногочисленные положительные примеры показывают: энергетика, теплоснабжение гораздо лучше, крепче в тех регионах, где крепче региональная власть, например, в Татарстане, Москве или Самаре. В Татарстане и Самаре, кстати, и тарифы на энергоресурсы ниже, чем у нас, несмотря на гораздо более старый и изношенный, чем в Ульяновске, парк энергетического оборудования.


Сберегающие программы сегодня

Финансирование ульяновской региональной программы энергосбережения заложено отдельной бюджетной строкой. Но что такое 5 млн. рублей в год? В Москве, например, рассматривается программа, рассчитанная до 2011 года с бюджетом в 188 млрд. рублей. Там речь идет о переходе на новые технологии в производстве, транспорте, потреблении, по всем видам энергоресурсов. Подход — системный.
А в Ульяновске один из энтузиастов внедрения региональной программы энергосбережения Вячеслав Алексейчик выбирает из памяти единичные примеры.
Система оптимизации теплоснабжения в зданиях, элементы так называемого «умного дома». Одними из первых ее применили в УлГТУ, в пяти зданиях НПО «Марс», здании Законодательного Собрания, на очереди — Центральная городская больница.
ОАО «Утес» внедрило максимальный учет и контроль расходования энергоресурсов и четкую организацию всего производственного цикла. Колоссальный потенциал энергосбережения — в сухом методе изготовления цемента, применяемом холдингом «Евроцемент».
При системном подходе у энергосбережения есть несколько уровней. Низовой — это снижение потерь. Уже в короткое время он может дать заметный экономический эффект. Системы учета позволяют видеть реальный объем затрат и не переплачивать за «виртуальное» потребление, зафиксированное в нормативах. Кроме того, появляется возможность видеть объем затрат в реальном времени. А значит, есть информация для принятия управленческих решений.
Коммерческий учет потребления энергоресурсов позволяет компании регулировать себестоимость продукции и оптимизировать ценовую политику. А затем наступает логический переход к внедрению систем технического учета, что необходимо для оценки удельного веса потребления энергоресурсов на единицу продукции. И это основа для реорганизации производственных процессов, внедрения сберегающих технологий и оборудования.
— Замена энергоизбыточных технологий на энергоэкономные — это магистральный путь, — говорит Алексейчик. — У нас же пока стоит поднять энерготариф, как тут же эти затраты закладываются в себестоимость продукции. Это путь в никуда.
Депутат ЗСО считает: дело сдвинется с мертвой точки, если в план социально-экономического развития региона заложить показатель «энергоемкость ВРП». Только снижение энергоемкости вкупе с ростом объемов производства даст реальный экономический эффект. Но сегодняшняя ситуация такова, что повышением тарифов мы закладываем сотни миллионов в бюджет. Пока тарифы заложены в себестоимости продукции, их рост дает лишь рост производства в денежном выражении и повышение налогооблагаемой базы. Зачем при таком раскладе энергосбережение?..
Но эта политика — тупиковая. Особенно в нынешней ситуации, когда энергоресурсы не бесконечны, рост цен неизбежен, а слово «кризис» — уже не просто заокеанские «страшилки».


Газ? Уголь? Мазут?

Для многих производств повышение энергоэффективности будет тождественно выживанию в агрессивной конкурентной среде. Поэтому программы энергосбережения существуют не только у потребителей энергии, но и у ее производителей. Как правило, они включают в себя сокращение потребления энергии на собственные нужды, уменьшение потерь в тепловых сетях, более эффективное использование топлива и переход на экономичные его виды.
Что это дает потребителям? Наиболее впечатляющие данные, пожалуй, — по ОАО «Татэнерго». Компания не входила в состав РАО «ЕЭС России», а потому имела собственную программу энергосбережения. С 2000 по 2005 год смогли сэкономить 516 тыс. тонн условного топлива — этого хватит, чтобы обеспечить годовой объем работы всей энергосистемы Татарстана.
Но без масштабной модернизации энергетических мощностей сегодня, конечно, не обойтись. Так, инвестиционная программа Волжской ТГК предусматривает введение новых парогазовых установок на двух ТЭЦ — в Сызрани и Новокуйбышевске и на Самарской ГРЭС. Реализация этих проектов позволит увеличить установленную электрическую мощность станций на 60-85%, а тепловую — до 23%. Значительно снижается и удельный расход топлива на отпуск электроэнергии. Переход от паросиловых установок на более эффективные парогазовые (их КПД выше почти на 50%) — вопрос времени и денег. Пока счет им в стране идет на единицы.
В структуре выработки электроэнергии в России доминируют тепловые электростанции, 90% которых работают на природном газе. «Когда дорог каждый киловатт, закрывать дефицит электроэнергии можно только газовыми мощностями, — говорил в одном из интервью Анатолий Чубайс. — Газовую станцию можно построить за 20 месяцев. Угольную – минимум за три года». Так что большинство новых вводимых мощностей все же работает на газе.
Но цены на него стремительно растут. И запасы далеко не бесконечны. Энергетики осознают, что ввод угольных, атомных или гидроэлектростанций — дело на перспективу. При этом все настойчивей звучат голоса о необходимости вспомнить про уголь. И когда-то в СССР, и сегодня в США и ФРГ порядка 60% электроэнергии вырабатывается из угля. В Польше — и вовсе 90%. Вопросы экологии, экономии и общественных
интересов переплелись здесь накрепко.
Стратегия энергетического развития России предполагает, что новые игроки в виде новых АЭС, угольных ТЭЦ и ГЭС выйдут на рынок уже к 2010-2012 годам. А программа Росатома по вводу новых мощностей просто поражает воображение. Есть в ней место и Ульяновской области.


Энергетика малая и альтернативная

Малая энергетика занимает в энергобалансе страны скромную долю. Суммарная мощность автономных электростанций не более 8% от совокупной установленной мощности всех станций. Ситуация в теплоснабжении похожая: локальные источники вырабатывают чуть более четверти общего производства тепла в России. По оценкам, в настоящее время доля автономных малых электростанций в Поволжье не превышает 1% от общего объема генерации. Насколько перспективны эти энергоисточники? Большинство аналитиков считает, что малые электростанции занимают и будут занимать нишу дополнения к существующей системе. Там, где нет других источников энергоснабжения, малые ГЭС — единственный выход. В местах же высокой энергетической насыщенности они проигрывают большой энергетике. Пример удачного использования малой ГЭС в Ульяновске — станция, работающая на очистных сооружениях «Ульяновскводоканала».
А еще сегодня есть мини-ТЭЦ, которые генерируют как электрическую, так и тепловую энергию. Они востребованы собственниками крупных промышленных предприятий, застройщиками жилых комплексов и торговых центров. Производители активно продвигают малые газотурбинные теплоэлектроцентрали. Ключевыми преимуществами этих установок называют высокий КПД и низкую стоимость постройки.
Получает распространение еще одно нишевое решение, связанное с рациональным использованием попутного нефтяного газа. С 1 января 2009 года вводятся санкции против нефтяных компаний, которые сжигают в факелах более 75% добываемого ими газа. Выход был найден в создании малых электростанций, когда попутный нефтяной газ используется для выработки электроэнергии. Эти установки не только полностью обеспечивают потребность небольших нефтяных компаний в электроэнергии и тепле, но и позволяют им предложить излишек энергии сельским потребителям.
Что же касается альтернативных видов топлива, то профессиональные энергетики относятся к ним, мягко скажем, скептически. Однако, например, в Кировской области уже сейчас активно внедряются современные технологии сжигания торфа. Утверждают, что новые технологии его сжигания позволяют увеличить КПД энергетических установок на 10-12%.
В Стратегии же развития страны до 2020 года записано: «Развитие экономики в долгосрочной перспективе характеризуется ростом потребления электроэнергии с 2007 по 2015 годы в среднем на 3,8-4,0% в год со снижением до 3,6-3,7% в 2016-2020 годы за счет структурных сдвигов в пользу менее электроемких производств и активизации мер по энергосбережению». Курс задан. Остается не сбиться с пути.

ТОЛЬКО ФАКТЫ

Россияне стали меньше заботиться об экономии электроэнергии
Две трети россиян (66%) стараются экономить электроэнергию, в то время как треть (34%) — этим не озабочены. К таким выводам пришел Фонд «Общественное мнение» (ФОМ) на основании опроса, проведенного в 44 регионах России.
Опрос показал, что среди людей старшего возраста стремятся экономить электричество 82%, среди тех, чей ежемесячный доход не превышает 4500 рублей, — 77%. Для опрошенных до 35 лет и людей с более высоким уровнем доходов это менее характерно: в данных группах стремятся экономить электричество лишь 51% и 54% соответственно.
Число озабоченных экономией, как правило, зависит от фактора «сезонности». В теплое время года он растет, а с конца сентября, когда температура воздуха заметно снижается, а отопительный сезон еще не открылся, люди используют электричество более интенсивно, меньше думая об экономии.
По утверждению 22% опрошенных, они стали тратить за последний год больше электроэнергии. Сократилось же потребление, по субъективным оценкам, лишь у 9% респондентов (65% говорят, что уровень потребления не изменился). Эти данные могут стать косвенным подтверждением того, что россияне стали меньше заботиться об экономии электроэнергии, отмечают в ФОМ.
Одной из стратегий экономии электричества может быть приобретение электроприборов с низким уровнем потребления энергии. Более чем половине опрошенных (56%) важно, сколько электроэнергии потребляют приобретаемые ими бытовые электроприборы, треть участников опроса (33%), по их словам, не придают этому значения.
Мария Мишина

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: