Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Каждый штык горел лучом бессмертия

190 лет назад, в 1819 году, в Петербурге началось создание ПАМЯТНИКА ВОИНСКОЙ СЛАВЫ РОССИИ – Военной галереи Зимнего дворца. Ныне она входит в экспозицию Государственного Эрмитажа.

Здесь разместились 332 портрета военачальников русской армии – участников Отечественной войны и зарубежного похода 1812-1914 годов. Подобного памятника и по сей день нет ни в одной стране мира. Интерьеры галереи созданы архитектором Карлом Росси. Портреты писались в течение десяти лет английским художником Джорджем Доу (Geo:Dawe) и его русскими помощниками Вильгельмом Голике и Александром Поляковым.

25 декабря (14-го по старому стилю) 1826 года состоялось торжественное открытие галереи. Это был день, ставший со времени Отечественной войны ежегодным праздником в память изгнания полчищ Наполеона из России: 25 декабря 1812 года передовые части русской армии перешли через пограничную реку Неман, преследуя отступающих завоевателей. В церемонии приняли участие ветераны военных событий – генералы, офицеры, солдаты гвардейских полков. Во время церковной службы, проходившей в дворцовом соборе перед освящением галереи, солдаты кавалерийских полков были построены в Белом зале, пехотных – в Большом тронном. Затем они торжественным маршем прошли вдоль рядов с портретами военачальников, под командованием которых им довелось сражаться.

1. Генерал-лейтенант Д.П. Неверовский (1771-1813). В составе его 27-й дивизии симбиряне прошли от Бородина до Парижа.

Среди тех, чьи портреты составили уникальную живописную летопись боевой славы Отечества, находим знакомые имена. Во втором ряду около Барклая де Толли помещен портрет генерал-лейтенанта Дмитрия Петровича Неверовского, военачальника суворовской выучки, в составе дивизии которого воевали симбиряне.

В конце 1811 года Неверовскому, как одному из лучших полковых командиров, было поручено формирование в Москве новой дивизии. За два месяца из новобранцев он создал 27-ю пехотную, куда вошел Симбирский полк. В мае 1812 года дивизия выступила в поход к Западной границе. 22 июня под Новогрудком вошла в состав дивизии Багратиона.

Французы рвались к Смоленску. Захват города грозил катастрофой для русской армии. На пути неприятеля под Красным стояла дивизия Неверовского, принявшая на себя мощный удар многократно превосходящего ее противника. Бой 2 августа под Красным прославил 27-ю дивизию и ее командира. Багратион писал: «Дивизия новая Неверовского так храбро дралась, что и не слыхано… Можно сказать, что примера такой храбрости ни в какой армии показать нельзя». Денис Давыдов, бывший свидетелем вступления Симбирского пехотного полка в Смоленск, писал: «Я помню, какими глазами мы увидели ее (пехоту), подходившую к нам в облаках пыли, покрытую потом трудов и кровью чести. Каждый штык ея горел лучом бессмертия».

Под командованием Неверовского симбиряне сражались под Смоленском, Шевардином, Бородином. В Бородинском бою дивизия, оборонявшая Багратионовы флеши, потеряла две трети личного состава. От Симбирского полка из тысячи человек осталось в строю всего 132. В Тарутинском лагере 27-я дивизия была доукомплектована. В ее составе Симбирский полк сражался под Малоярославцем, принимал участие во многих зарубежных битвах. 7 октября 1813 года, в последний день сражения под Лейпцигом, дивизия лишилась своего командира – Неверовский был тяжело ранен и через несколько дней скончался. Его погребли близ Лейпцига, в небольшом городе Галле. В 1912 году прах полководца был перевезен в Россию и с воинскими почестями предан земле на Бородинском поле, у Багратионовых флешей, рядом с памятником воинам 27-й пехотной дивизии.

2. Генерал-майор П.А. Кикин (1775-1834), уроженец Симбирской губернии, защитник Отечества, покровитель художников.

По левую руку от Барклая де Толли, во втором ряду помещен портрет уроженца Симбирской губернии Петра Андреевича Кикина. С начала войны он исполнял обязанности дежурного генерала 1-й Западной армии и на этой ответственной, но «черной и неблагодарной работе» пробыл всю кампанию 1812 года. Ведал строевой частью, распределял прибывающие пополнения, координировал действия военно-санитарной и тыловых служб.

При отходе от Вязьмы только благодаря энергии Кикина были эвакуированы несколько тысяч раненых. Во время сражений находился на поле боя. В бою у Валутиной горы, обнажив шпагу, повел солдат навстречу противнику. Ночь перед Бородинским сражением Ермолов, Кикин и Кутайсов провели вместе, на следующий день Ермолов и Кикин были ранены в бою, где «под градом пуль удалось сформировать пехоту». Состоял при Кутузове. Преследуя отступающих французов, сражался в «четырехдневном бою» под Красным. Участвовал в кампании 1813-1814 годов, командовал пехотной бригадой. За отличие во время Отечественной войны Кикин был произведен в генерал-майоры и награжден Георгиевским крестом 3-й степени.

Особое место принадлежит Петру Андреевичу в истории русской живописи и создании Военной галереи. Он стал одним из учредителей и первым председателем Общества поощрения художников, основанного в Петербурге в 1820 году. Благодаря ему Общество стало сразу играть важную роль в культурной жизни страны. Имя Кикина встречается в биографиях многих русских художников как человека, оказывающего бескорыстную поддержку и заступничество. Он покровительствовал братьям Брюлловым, Венецианову.

При создании портретов для Военной галереи возникало немало конфликтов. Ряд российских общественных деятелей не соглашался с «монополией» английского живописца на изготовление портретов. Портреты начали писать пять лет спустя после окончания войны. К тому времени часть участников событий умерли, другие служили в дальних губерниях или жили в имениях. Поэтому в мастерскую Доу присылали портреты, написанные разными художниками и в разное время. Помощникам Доу предстояло изготовить с этих оригиналов копии в едином стиле. Самому англичанину каждый раз выплачивалось награждение в тысячу рублей за каждый портрет, крепостному Полякову выпадали крохи. Кикину и выпало возглавить комиссию для разбора конфликтов. Он сделал все, чтобы Александр Поляков получил вольную.

Списки лиц, изображения которых предстояло написать для галереи, готовил Главный штаб. Условием ставилось участие в боевых действиях и кампаниях 1812-1814 годов в генеральском чине или производство в генералы по окончании войны за отличие в боях. Статистика красноречива: из 332 портретов галереи 80 изображают генералов, воевавших под руководством Суворова или служивших под его начальством. Шестеро из них сражались на Кинбурской косе, 27 штурмовали Измаил, 39 сражались в Польше, 17 были участниками Итальянского и Швейцарского походов.

В живописную летопись галереи попали не все герои двенадцатого года. Списки Главного штаба поступали к председателю Военного департамента графу Аракчееву, который докладывал императору. По прихоти этих всесильных деятелей возникли досадные для истории пропуски. Так, портрет самого Аракчеева, который за всю свою жизнь не участвовал ни в одном сражении, есть. А боевой генерал М.Ф. Орлов, к тому же составивший условия капитуляции Парижа, «пропущен».

Военный историк XIX века А.В. Висковатов составил список из 79 военачальников, имевших неоспоримое право быть в числе увековеченных в галерее. Под номером 24 в списке «генералов, произведенных в этот чин до 1812 года», стоит Петр Никифорович Ивашев (1767-1840). В 1812 году он был директором военных сообщений и за Бородинское сражение награжден орденом Св. Анны 1 класса. В 1813 году пожалован орденом Св. Владимира 3 степени».
Под номером 22 в списке генерал-майоров, пожалованных в сей чин во время военных действий», находим: «Павел Сергеевич Лошкарев. Произведен в генерал-майоры 30 августа 1814 года за отличия, оказанные в 1812 г. при Красном и при Бородине, где он командовал Симбирским пехотным полком, был ранен пулей сквозь оба виска, отчего лишился зрения. Награжден орденами Св. Анны 2 класса и Св. Георгия 4 степени».

3. Надгробный памятник П.Н. Ивашеву в некрополе Симбирского Покровского монастыря возобновлен стараниями протоиерея Алексия Скалы.

Смотрят с портретов галереи Д. Давыдов, П. Кикин, Д. Неверовский, «покрыты славою чудесного похода и вечной памятью двенадцатого года». Портрет екатерининского орла, сподвижника Суворова П. Ивашева хранится в музее «Карамзинская библиотека» Ульяновского Дворца книги. Его надгробный памятник в Симбирском Покровском некрологе возобновлен стараниями протоиерея отца Алексия Скалы.

Имя и отчество Лошкарева мы называем сегодня впервые. В местных публикациях, упоминая о его подвиге, писали «полковник Лошкарев». Годы жизни по-прежнему неизвестны. Как неизвестно еще очень и очень многое о симбирянах-героях Отечественной войны 1812 года. Их путь к бессмертной славе начинался от стен Троицкого собора на Венце. Здесь на здании присутственных мест (ныне учебный корпус сельхозакадемии) установлена мраморная доска. Надпись гласит «Пехотный полк Симбирска участвовал в войне 1812-1814 годов, успешно держал осаду г. Глогау, проявляя мужество и героизм».

В нескольких шагах от этого места стоял главный собор Симбирска – Троицкий кафедральный. Отсюда, после молебна, получив благословение, отправлялись и ратники, и ополченцы, и дворяне-добровольцы, возглавившие ополчение. В Троицкий собор они принесли на хранение овеянные славой победы боевые знамена. Впоследствии в память о народном подвиге был заложен новый, летний собор во имя Святой Троицы. А тот, от которого уходили на войну симбиряне, был освящен во имя покровителя православного воинства Святителя Николая и стал называться Николаевским. Симбирск больше, чем какой-либо другой российский город, пострадал от идеологического бесчинства большевиков – оба собора были взорваны.
Наталья Гауз

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: