Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Симбирские виды

«Воображаю привольно моего любезнейшего брата, сидящего под окном прекрасного домика и смотрящего на величественную Волгу, столь знакомую мне с детства. Симбирские виды уступают в красоте не многим в Европе…»

Страница «Дорожной книжки» Пушкина. Подпись: «Смоленская гора. Церковь Смол. 15 сент. Волга». Рисунок и надпись сделаны рукою Пушкина на странице его «Дорожной книжки» осенью 1833 года



- пишет 8 июня 1808 года Николай Михайлович Карамзин брату Василию, отвечая на его письмо с сообщением о том, что строительство нового дома на Венце закончено. Письмо, откуда взяты эти строки, - лишь одно из 140, адресованных любимому брату, который значил в его жизни так много. В «ДО» №№ 1-2 за январь-февраль 2010 года фотокорреспондент запечатлел современный вид памятного места, где до 60-х годов ХХ века стоял «прекрасный домик».

Василий Михайлович Карамзин. Портрет работы неизвестного художника. Хранится в музее «Карамзинская библиотека». Как предполагают исследователи, портрет написан дочерью В.М. Карамзина Ольгой Васильевной Ниротморцевой

Н.М. Карамзин - современник, очевидец, участник грандиозных событий отечественной и мировой истории. 1 (12) декабря 1766 года - 22 мая (3 июня) 1826 года - между этими датами шесть десятилетий его жизненного пути. Это 30 лет екатерининских реформ и почти четверть века реформ Александра I. От старта реформ «Второй образовательницы Новой России» до казни декабристов. Было что видеть, сравнивать, анализировать.

Будущий историк государства Российского родился за две недели до выхода Манифеста Екатерины Великой о созыве Уложенной комиссии для составления нового свода законов империи. Закладывались основы преобразований, состоялся серьезный опыт формирования в России гражданского общества.

Кстати, этому событию мы обязаны тем, что можем представить, как выглядел Синбирск в год рождения историка. За год до созыва Уложенной комиссии и связанной с этим поездки Екатерины по Волге в поволжских городах работала экспедиция Академии наук под руководством полковника Александра Ивановича Свечина. Им был составлен отчет, а по его рисункам была сделана панорама города, которая украшает сегодня краеведческие издания (см. «ДО» №8, август 2009 г. «Положение места весьма веселое»).

К месту, где Василий Михайлович впоследствии построил новый дом, выходил тогда оборонительный вал, линию которого десятилетия спустя повторила главная улица - Большая Саратовская (ныне Гончарова, а восточная часть - бульвар Пластова). С площадки будущей усадьбы были хорошо видны строения в подгорье, где находилась большая жилая и торговая часть Синбирска. А также Смоленская площадь и пристань, перед которой 5 июня 1767 года проходил парад императорской галерной эскадры.

Места этого на панораме не видно: оно находится к северу от кремля, а панорама Свечина снята с юго-запада. Видны башни и стены южной части симбирского кремля, купола и колокольни храмов. В правой части изображены дома посада, расположенные к югу от крепости. Это и есть то место «возле Театральной площади над Петро-Павловским спуском», где, как указывает П.Л. Мартынов, стоял дом отставного капитана Михаила Егоровича Карамзина, отчее гнездо его сыновей.

«Лучший здешний живописец Дамон обещает весною ехать с нами в деревню и написать там мой портрет сходно на досуге; тогда немедленно доставлю его вам» - из письма Н.М. Карамзина брату Василию, по просьбе которого он заказал портрет. Ж-Б Дамон-Ортолани, 1805 год. Портрет Н.М. Карамзина. Хранится в Ульяновском областном художественном музее. Поступил из Симбирской Губернской Архивной комиссии

Театр и Театральная площадь (ныне площадь 30-летия Победы) появились здесь в конце XVIII века. А Петро-Павловский (ныне С. Разина) спуск был. Именно отсюда юный Николай Карамзин впервые любовался величественной Волгой и симбирскими видами, не уступающими в красоте лучшим в Европе.

«Иногда, оставляя книгу, смотрел он на синее пространство Волги, на белые паруса судов и лодок, на станицы рыболовов чаек, которые из-под облаков дерзко спускаются на пену волн и в то же мгновение снова парят в воздухе. Сия картина так сильно впечатлелась в его юной душе, что он через двадцать лет после того, в кипении страстей, в пламенной деятельности сердца, не мог без особливого радостного дыхания видеть большой реки. Волга, родина и беспечная юность тотчас представлялись его воображению, трогали душу, извлекали слезы», - пишет Карамзин в 1804 году в автобиографическом романе «Рыцарь нашего времени».

К тому времени он известен и любим российским читателем как публицист и литератор, редактор и издатель журналов и альманахов «Аглая», «Аониды», «Пантеон российской словесности». Его «Письма русского путешественника», опубликованные в им же созданном «Московском журнале» после двухлетней поездки по странам Европы, открыли российскому читателю западный мир. В 37 лет, в зените успеха Карамзин отказался от литературной деятельности и принялся за работу над «Историей государства Российского».

Явление личности такого масштаба, как Карамзин, из среды симбирского дворянства закономерно. Татищевы, Карамзины, Дмитриевы, Толстые, Ртищевы, Бестужевы, Аксаковы, Кушниковы принадлежали к числу лучших представителей служилого дворянства России. Несколько поколений этих семей осваивали, заселяли, облагораживали земли Поволжья, Заволжья, Оренбуржья. Образованные, энергичные, патриотично настроенные, они формировали среду, благодатную для развития отечественной культуры. Не случайно Николай Михайлович через брата Василия проводил подписку среди симбирян на журналы, постоянно высылал книги, сообщал о выходе каждого тома своей «Истории», читателей здесь было много.

«Беспечная юность», рисуемая воображением «рыцаря нашего времени», была не такой уж безоблачной. Карамзин родился в селе Знаменском (Карамзинка тож) Симбирской тогда еще провинции. Родовое имение основал при Петре I дед Егор Петрович. Отец историка, капитан Преображенского, затем лекгоконного полка Михаил Егорович, служил при Неплюеве, первом губернаторе Оренбурга, поэтому кроме унаследованного родового имения Знаменское, получил земли в Оренбуржье. Мать будущего историка, Екатерина Пазухина, умерла, когда Николаю было всего три года. Отец женился вторично на Авдотье Дмитриевой, доброй женщине, заменившей мать его четверым детям. Но и она, родив двух детей, скончалась. Дети осиротели вторично, в том числе и девятилетний Николай. Он особенно сблизился с братом Василием, который был старше его на 15 лет, а впоследствии стал опекуном младших братьев и сестер.

С Симбирском Николай Михайлович расстался в 13 лет. Учеба в пансионе при Московском университете вместе с двоюродными братьями Бестужевыми, краткая служба в Преображенском полку, затем обретение жизненного призвания - труд литератора, публициста, издателя. Симбирск, когда он снова увидел его зимой 1785 года, был уже губернским городом, а близкие ему люди - заметными деятелями екатерининских реформ. Так, брат Василий 15 лет прослужил прокурором, принимал участие в формировании учреждений местной власти. Позже, в 1790-1792 годах избирался предводителем дворянства Сенгилеевского уезда.

Изменился и облик города - снесены обветшавшие стены и башни кремля, появились новые улицы. Посещая брата в 1791, 1793, 1795 годах, историк видел, как строится губернский город, «обращенный лицом к Волге». Он полюбил «Симбирский Венец, куда не раз хотел слетать воображением». Последнее в своей жизни описание Симбирска Николай Михайлович составил летом 1824 года. В «Краткой исторической записке» для Александра I он описал достопримечательности городов и местностей, которые собирался посетить император. Маршрут пролегал из Царского Села через Москву, Пензу, Симбирск, уездные города Симбирской губернии Ставрополь (ныне Тольятти) и Самару, а далее на Оренбург, Уфу, Златоуст, Екатеринбург. В «Записке» есть страницы о Симбирском крае, с теплотой и любовью говорится о Белом Ключе, о симбирянах, по преданию, встречавших Петра I. Именно во время этой поездки Александр I участвовал в закладке Троицкого собора, положив первый камень в основание храма, посвященного памяти симбирян - участников отечественной войны 1812-14 годов.

Путь от «прекрасного домика» старшего брата на Венце до отцовского дома Карамзиных «над Петро-Павловским спуском» легко пройти за полчаса. Этого времени достаточно, чтобы напомнить, кем был историограф в оценке современников. Отдавая дань его заслугам, известный литератор и общественный деятель князь Петр Вяземский писал: «Карамзин - наш Кутузов двенадцатого года, он спас Россию от нашествия забвения, воззвал ее к жизни, показал нам, что у нас Отечество есть, как многие о том узнали в двенадцатом году».

На кратком маршруте наши современники найдут благородный след тех, кто помнил, «что у нас Отечество есть». Это - памятник Историку Государства Российского в Карамзинском сквере и Карамзинская библиотека-музей.

Наследили здесь в годы «нашествия забвения» и те, кто провозгласил, что «пролетариат не имеет отечества» и ему «нечего терять, кроме своих цепей, приобретет же он весь мир». Жертвой вандализма стали памятные Карамзиным Никольская церковь на Стрелецкой и сама улица Стрелецкая, Никольский собор. Взорвали и Троицкий собор.

Но время пощадило несколько зданий времен жизни Карамзиных в Симбирске. Это Главное народное училище, построенное в 1790 году, впоследствии Губернская классическая гимназия, прославленная поколениями выпускников. Дом дворян Бычковых, тоже постройки XVII века (ул. Советская, 4, ныне гарнизонная поликлиника). Дом предводителя дворянства Симбирского уезда Карпова на Соборной площади, приобретенный впоследствии для епархиального училища (ныне здание госпиталя ветеранов войн).

Эти здания Н.М. Карамзин видел. Здание Присутственных мест на Новом Венце (ныне сельхозакадемия) историк знал только по письмам брата, который там бывал. «Нашествие забвения» преодолевается, город чтит своего земляка: 2010-й объявлен «Годом Карамзина», нашего «Кутузова двенадцатого года».
Наталья Гауз

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: