Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

ВТО: взгляд из региона

До окончательного «оформления отношений» России с ВТО осталось совсем немного. Играть по единым правилам придется всем: и безоговорочным сторонникам этого процесса, и ярым противникам. Но кому здесь ходить в победителях, а кто окажется в проигравших?


Все там будем

Вступление России во Всемирную торговую организацию — дело ближайших месяцев. Об этом недвусмысленно говорят и высокопоставленные российские чиновники, и представители самой этой организации.
Процесс согласований, переговоров, раздумий, уступок и встречных требований, тянувшийся долгие годы, подходит к концу. И вырисовываются перспективы, для многих отнюдь не радостные. Конечно же, об этих «перспективах» говорили. Оглянувшись назад, можно вспомнить многочисленные круглые столы, совещания, семинары, заседания представительных коллегий всевозможных министерств. В министерстве экономики Ульяновской области создан специальный отдел, который разработал рекомендации по подготовке к условиям работы в ВТО для предприятий и муниципальных образований.
Ознакомиться с ними можно на сайте Минэкономики (www. econom.ulgov.ru).
Но известно: пока гром не грянет... Ну и что, что «погромыхивает» уже давно? Что сполохи видны не первый год? А всем просто надоело бояться. Мыслимо ли уследить за ситуацией, когда Россия ведет согласование позиций с каждым из почти 150 участников ВТО? Когда с каждой страной надо определиться в том, какие будут таможенные пошлины и какие ограничения приемлемы, по каким товарным позициям нам готовы уступить, а по каким будут стоять до последнего? Если учесть, что таких товарных позиций около 10 тысяч, то остается только ждать.
Ждать конца? «Неприсоединившихся» в рамках отдельно взятого региона или конкретной отрасли экономики быть просто не может: если мы не пойдем «к ним», то «они» все равно придут к нам. И как будем встречаться?
— Неверно мнение, что, вступив в ВТО, мы лишаемся возможности защищать свой рынок, — говорит вице-президент Ульяновской торгово-промышленной палаты Юрий Рогов. — Это допускается и российским законодательством, и правилами ВТО. Сейчас уже используется тарифная защита, антидемпинговые расследования, специальные защитные меры. Например, механизм квотирования импорта на отечественном мясном рынке, антидемпинговые пошлины на рынке сахара.
Да, после присоединения России к ВТО будет много «нельзя»:

  • автономно повышать импортные таможенные тарифы выше уровня, согласованного с членами ВТО;
  • дискриминировать импортные товары на всех стадиях транспортировки и продажи;
  • применять количественные ограничения, за исключением случаев применения специальных защитных мер;
  • ограничивать транзит и доступ к транзитным сетям;
  • включать в инвестиционные и иные соглашения обязательства инвестора приобретать товары на внутреннем рынке;
  • применять экспортные субсидии в любых формах;
  • применять меры, ограничивающие торговлю, без их заблаговременного опубликования;
  • ограничивать текущие платежи по внешнеторговым сделкам;
  • дискриминировать товары и услуги и их поставщиков одних стран по сравнению с другими по любым признакам;
  • дискриминировать поставщика услуги или услугу по сравнению с отечественным поставщиком или услугой, если возможность такой
  • дискриминации не предусмотрена соглашением и др.

Есть «нельзя» и на региональном уровне. Например, в соответствии с нормами ВТО нельзя будет применять меры, «препятствующие нормальным экономическим обменам». Существенно сократится и возможность лоббирования интересов отдельных компаний и групп. А если в том или ином регионе имеются меры регулирования, отличные от федеральных (что ВТО не приветствуется), то их нужно будет зафиксировать в перечне специфических обязательств страны. Конечно, вряд ли стоит рассчитывать на такое.
Но остается и небольшой перечень средств, которыми все-таки будет располагать Россия для защиты отечественных товаропроизводителей. После того как процесс вступления в ВТО свершится, в нашем «защитном» активе останутся антидемпинговые и компенсационные пошлины, ограничения в целях обеспечения платежного баланса и еще ряд защитных мер.
Например, по правилам ВТО повышение импортных таможенных тарифов допускается в трех случаях: только после консультаций с партнерами либо в случае дефицита платежного баланса, либо в случае применения антидемпинговых или компенсационных мер. Правила ВТО предоставляют возможность получить компенсацию за ущерб, нанесенный в результате расширения таможенных союзов. Например, при ухудшении условий доступа на рынки стран Прибалтики и Восточной Европы после принятия их в Евросоюз. Как следует вникнуть во все эти правила мы сможем уже совсем скоро.


А что регион?

Как же вступление России в ВТО отразится на экономике Ульяновской области? Этот вопрос мы задали министру экономики области Владимиру Шерину. Он привел экспертную оценку Минэкономики России, сделанную в ноябре 2007 года. Тема исследования — «Анализ и оценка возможных экономических последствий присоединения России к ВТО для наиболее чувствительных отраслей и секторов российской экономики с учетом соответствующих региональных аспектов». Согласно этому исследованию, выполнение возможных обязательств по доступу на рынок (тех, что поддаются количественному анализу) не приведет к существенным экономическим последствиям для экономики Ульяновской области.
Да, ряд секторов экономики окажется наиболее уязвимым. Снижение импортного тарифа (по окончании переходного периода после вступления в ВТО) почувствуют на себе производители станков, автомобилей, самолетов, а также аграрии.
— Хочу подчеркнуть: речь идет не о сокращении производства, а о темпах реализации амбициозных планов ускоренного развития этих секторов, — говорит министр.
Изменения внешнеэкономического режима (его тарифной и нетарифной составляющей) наиболее существенно будут сказываться на регионах, которые близко расположены к сложившимся пунктам пересечения таможенной границы. Ульяновская область к таковым не относится.
А вот совершенствование законодательства, улучшение международной договорно-правовой базы (включая возможности разрешения споров) и укрепление торгово-политических позиций можно рассматривать как сферы с положительным эффектом.
Одним из преимуществ присоединения России к ВТО является доступ к передовым технологиям и зарубежным инвестициям, напоминают в Минэкономики. А значит, трансфер передовых технологий позволит предприятиям Ульяновской области провести техническое перевооружение, в разы повысить производительность труда и, следовательно, нарастить объемы выпускаемой продукции. Так что, по расчетам аналитиков министерства, темпы роста экономики региона даже увеличатся. А либерализация отечественного рынка услуг окажет позитивное влияние на занятость и состояние регионального бюджета Ульяновской области.
— Конечно же, важно учитывать масштаб реального изменения объемов поступления иностранных товаров на региональный рынок, — говорит Владимир Шерин. — Полученные оценки увеличения импорта в случае изменения торгового режима в результате членства в ВТО позволяют сделать вывод о том, что воздействие на реальный сектор экономики нашего региона окажется минимальным и будет практически компенсировано в условиях устойчивого экономического роста.


Итак, ВЭД

Это — прогнозы. А как сегодня складывается внешнеторговая деятельность ульяновских предприятий? Для начала уточним, что внешнеторговый оборот — это сумма экспорта и импорта. А сальдо торгового баланса есть разница между экспортом и импортом. Положительное сальдо — значит, экспорт превышает импорт, отрицательное — в лидерах импорт.
Согласно данным Ульяновск-облстата, в течение последних лет в нашем регионе экспорт преобладает над импортом (см. таблицу 1). Однако соотношение этих двух величин год от года неравнозначно. А в последние полтора года импорт растет более высокими темпами, чем экспорт, и это в русле общероссийской тенденции. В 2007 году, по сравнению с 2004-м, объем экспорта вырос почти в 2,5 раза, импорта — в 2,8 раза.
Как сообщили «ДО» в региональном министерстве экономики, по итогам пяти месяцев 2008 года внешнеторговый оборот Ульяновской области составил 228,3 млн. долларов США. Это на 9% больше, чем за пять месяцев 2007 года. Экспорт — 139,1 млн. долларов, импорт — 89,2 млн. То есть положительное сальдо внешнеторгового баланса сложилось в сумме 49,9 млн. долларов.
Но самое важное — с кем и чем мы торгуем. Львиную долю ульяновского экспорта до послед-него времени занимают УАЗовские автомобили. Продукция Ульяновского автозавода интересна более чем двум десяткам стран. Великобритания покупает у нас оборудование для ядерной энергетики, Куба и Египет — самолеты, Германия — постельные принадлежности и мебель. Страны ближнего зарубежья приобретают автомобили и запчасти для них, грузоподъемные механизмы и вентильную продукцию, кровельные материалы и электрооборудование. А в импорте преобладают реакторы и ядерные котлы, которые возвращают на доработку Польша, Чехия, Германия, Корея, США. Украина продает нам средства наземного транспорта, Беларусь — сельхозтехнику. Солидную долю импорта стабильно занимают какао-бобы, которые Ульяновский филиал ОАО «Кондитерское объединение «СладКо» традиционно закупает в Кот-Д’ивуар.


— Производить конкуренто-способную на мировом рынке продукцию сегодня можно только за счет встраивания в глобальные цепочки создания добавленной стоимости, — говорит Владимир Шерин. — Поэтому как автомобильный, так и авиационный заводы все активнее закупают за рубежом комплектующие для своей продукции. Другая позитивная тенденция в структуре регионального импорта — рост закупок оборудования с целью технического перевооружения производства. Рост ввоза автомобилей-иномарок (как грузовых, так и легковых) свидетельствует о возросших финансовых возможностях наших предприятий и жителей области.
По данным Аналитического центра «Эксперт Волга», по объемам экспортных продаж в 2007 году Ульяновская область стала седьмой среди 12 регионов Поволжского макрорегиона. А по объему экспорта машиностроительной продукции мы занимаем четвертое место, пропустив вперед лишь Татарстан, Самарскую и Нижегородскую области. На нашу долю приходится 1,1% всего поволжского экспорта.
В список ста крупнейших экспортеров поволжского региона 2007 года (см. журнал «Эксперт Волга», 23-29 июня 2008 года) вошло только шесть предприятий Ульяновской области. Ну нет у нас предприятий нефтяной и нефтегазовой промышленности, химической и нефтехимической, цветной металлургии — именно они занимают верхние строчки рейтинга. Однако АвтоВАЗ со своими 896,9 тыс. долларовым объемом экспорта пока держится на пятом месте, а наш УАЗ (103,4 тыс. долларов) — на 21-м. При этом у тольяттинцев прирост экспорта по сравнению с 2006 годом составил 14%, у ульяновцев — 22%. В 2007 году Ульяновский автозавод отправил 70,8 тыс. автомобилей в 21 страну. Сохранятся ли эти позиции — вопрос открытый. Ведь именно УАЗ внес значительный «вклад» в спад роста индекса промышленного производства в Ульяновской области в первом полугодии 2008 года (до 102,8%).
А вот «Авиастар-СП», при одном-единственном проданном за границу самолете, смог занять в рейтинге «Эксперт Волга» 48 место. Объем экспорта в 28,3 тыс. долларов дал нашим авиастроителям «Ту-204» для Кубы. В 2008 году этот хозяйствующий субъект из отрасли «машиностроение» порадовал первым сданным самолетом только в июле. Не экспортным: «Ту-204-300» отбыл в авиакомпанию «Владивосток-авиа».
51-й в рейтинге АЦ «Эксперт Волга» — Инзенский деревообрабатывающий завод, который экспортирует свою продукцию в 12 стран. На 60-м месте — ООО «МИКА-ЭКСПОРТ», на 85-м — Димитровградская финансовая компания. Оба этих предприятия поставляют за рубеж запчасти.
У Ульяновского патронного завода — почетное 91 место.
Каковы же перспективы внешнеэкономической деятельности ульяновских предприятий?
— Сравнительно новая тенденция для внешнеэкономической деятельности Ульяновской области — стремительный рост торговли услугами, — говорит министр экономики. — Экспорт услуг вырос со 147,6 млн. долларов в 2004 году до 280,4 млн. долларов в 2007-м. На мой взгляд, именно сервисная составляющая — услуги, связанные с эксплуатацией продукции, ее послепродажным обслуживанием — перспективное направление для ульяновских производств с высокой добавленной стоимостью, обладающих экспортным потенциалом. Другой, пока слабо используемый предприятиями региона инструмент повышения конкурентоспособности связан с привлечением иностранных инвестиций, прежде всего, с целью получения доступа к современным зарубежным технологиям.


И это — реальная экономика

А что думают директора ульяновских предприятий? Надо ли все-таки опасаться вступления России в ВТО?
— Убежден — надо, — говорит генеральный директор промышленно-аграрного объединения «Ульяновский завод стройпластмасс», депутат Законодательного Собрания области Равиль Насыров. — Хотя динамика родного для меня рынка напольных покрытий говорит, казалось бы, об обратном. Так, если в 2001 году доля присутствующего на нем импортного линолеума составляла 35,6%, то сегодня — менее 18%. Тогда стоит ли опасаться засилья импорта?.. Однако мы должны отдавать себе отчет в том, что зарубежные транснациональные компании в финансовом отношении гораздо крепче стоят на ногах, чем любое из отечественных предприятий, производящих потребительские товары. То есть они вполне могут позволить себе кратковременный или даже среднесрочный демпинг, что приведет к разорению многих отечественных товаропроизводителей.
Серьезным уроком в этом отношении для нас должен стать развал в 90-х годах собственного аграрного сектора, «убитого» дешевым импортным мясом, в том числе небезызвестными «ножками Буша», замечает Равиль Насыров. А почему это мясо дешевое? Только потому, что американский и западно-европейский фермер получает огромные государственные субсидии, и от такой продукции собственный рынок, конечно же, нужно защищать — таможенными пошлинами либо квотами. Сегодня наше государство уже начинает овладевать всеми этими рыночными премудростями. Следующим шагом должно стать освоение антидемпинговых процедур. Ну, а для бизнеса «спасением» может быть только одно — эффективность производства и управления.
— Чтобы не отстать от других регионов и не подорвать экономику области после вступления России в ВТО, надо больше внимания уделять более востребованной и конкурентоспособной продукции перерабатывающих отраслей, легпрома, выпуску оборудования, изделий из пластмассы, — считает вице-президент Ульяновской ТПП Юрий Рогов. — Не гиганты будут делать в дальнейшем внешнеэкономический оборот, а средние и малые предприятия — более гибкие и способные быстро перестроиться.
Один из примеров такой «перестройки» — деятельность Средневолжской промышленной компании. Основным внешним конкурентом ульяновского предприятия, специализирующегося на грузоподъемных механизмах, оказался крупнейший восточный сосед России.
— Продукция, которую мы выпускаем, сегодня идет в Россию беспошлинно, — рассказывает генеральный директор ЗАО «СВПК» Владимир Потапов. — Раньше она шла контрабандой, и я писал письма в российское Управление таможенных дел: смотрите, у вас цены занижены в 50 раз. Реакции не было никакой. А сейчас уже и правительство обнулило пошлины на такую продукцию, поэтому радости от вступления в ВТО я не испытываю.
Выпуск талей грузоподъемностью до пяти тонн СВПК вынуждено было сократить почти вдвое. Их доля в общем объеме производства компании уже не превышает 30%. На этом сегменте рынка доминирует дешевая китайская продукция. Порядка 60% сегодняшней продуктовой линейки СВПК составляют легкие краны для стройки.
— Мы вынуждены уйти на тот рынок, где китайцев нет, — говорит Потапов. — Кроме России, поставляем краны на Украину, в Белоруссию, Казахстан. Здесь конкуренцию нам составляют украинцы, белорусы, русские — с ними сражаться гораздо проще.
Арифметика известная: цены на металл в России выше всех в мире, электроэнергия у нас дороже, чем в Китае, условия для замены оборудования — не самые идеальные. Если еще в начале 90-х китайцы покупали в Ульяновске вертикально-фрезерные станки с ЧПУ, то сегодня такое никому не придет в голову. Мало того — Китай готов даже доплачивать своим товаропроизводителям за продукцию, отправляемую на экспорт, — для того, чтобы эти товары были дешевле российских. Китайским регионам предлагаются и крупные товарные кредиты, чтобы была возможность захватить рынок и оттеснить конкурентов.
А в Республике Корея действует национальная программа, суть которой заключается в том, что к 2010 году тысяча национальных продуктов страны должна быть конкурентоспособными на мировом рынке. На активное и последовательное решение этих задач нацелены экспортные банки. Есть специальное страховое агентство, предоставляющее гарантии бизнесу, агентства продвижения отечественной продукции и структура, которая занимается стимулированием иностранных инвестиций (причем все это — за счет государства). Так что без федеральной программы стимулирования экспортной деятельности, пожалуй, не сможет выстоять ни один из российских регионов, намеренных конкурировать как с Западом, так и с Востоком.


Успех нужно «программировать»

По сути, синонимом слова «ВТО» стало слово «конкурентоспособность». Как стран в целом, так и отдельных регионов и предприятий. А какая конкурентоспособность без инноваций?
Но практикой доказано, что при переходе на инновационный путь устойчивость предприятий падает. Потому что они ступают на новый, рискованный путь деятельности, и если не имеют определенной «подушки» (финансовой, административной или какой-либо еще), то риски достаточно велики.
Можно ли здесь подстраховаться? Можно и нужно, считают в Ульяновском отделении Российского союза промышленников и предпринимателей. Причем делать это разумнее всего в региональном масштабе.
Базис любой региональной экономики — это предприятия реального сектора. И прежде чем говорить о росте конкурентоспособности региона, нужно оценить их текущее состояние. Определить производительность стратегических экономических субъектов (как правило, их не более двух десятков), качество регионального бизнес-климата, эффективность региональной администрации. А затем уже системно подходить к улучшению этих ключевых показателей.
Сколько у нас нерентабельных производств? Сколько убыточных предприятий? Сколько неплатежеспособных субъектов экономики? В 2006 году в России возбуждено 90 тысяч дел о банкротстве. На тысячах предприятий введена процедура внешнего управления. Реальным оздоровлением все это окончилось у считанных единиц. И это в масштабах страны!
— Вот вам текущая устойчивая деятельность, — замечает исполнительный директор Ульяновского отделения РСПП Дмитрий Подымало. — Если ее нет — ни о каких рывках, перепрыгиваниях и волшебных палочках речи быть не может. Здесь есть только один способ — санация потенциальных банкротов и рост бизнеса.
Экономист Подымало ведет речь о том, что необходимо принять некий механизм достижения намеченных путей развития. В региональном масштабе. И первым звеном такого механизма должна стать комплексная программа реформирования внутренней системы управления, будь то отдельное предприятие или исполнительная власть той или иной территории.
Скажем, кабинет министров Республики Башкортостан еще в 2001 году принял постановление о развитии процессов реформирования предприятий и иных коммерческих организаций. Сюда вошло структурное обновление и финансовое оздоровление, инвестиции в основные фонды, поддержка инноваций. Предприятие, включенное в реестр реформируемых, могло рассчитывать на государственную поддержку — от финансовой до консалтинговой. А вместе с тем — подпадало под жесткий контроль, что заставляло «мобилизоваться». Работу управленцев «мониторили» еже-квартально. А в числе оценочных критериев для предприятий значились рентабельная деятельность, регулярные текущие налоговые платежи, сокращение просроченной «кредиторки». И, конечно же, — никаких долгов по зарплате. Выбраться из трясины убыточных получилось у многих.
Опыт Башкирии успешно внедрили в Липецкой области. Программа реформирования и финансового оздоровления промышленных предприятий этого региона датируется уже 2006 годом. Бюджетные «вливания» в ее реализацию — свыше 200 млн. рублей. Но дело даже не в деньгах — в создании механизмов, которые обеспечивают непрерывный процесс улучшения финансового состояния и конкурентоспособности предприятий. На уровне региона это создание системы «массовой» передачи технологий реформирования и финансового оздоровления, целевой подготовки кадров (как управленцев, так и рабочих). На уровне предприятий — внедрение новых эффективных систем управления, вложения в техническое перевооружение. И обязательно — своевременные налоговые платежи.
Алгоритм программы оздоровления таков. Принимаются заявки от предприятий. Формируется реестр. Анализируются возможность и целесообразность санации каждого конкретного заявителя. Разрабатывается план оздоровления (при необходимости —инициируется процедура банкротства). Идет конкурсный отбор на предоставление поддержки. Заключается соглашение «О взаимодействии» между органом местного самоуправления и предприятием. И — за работу!
Подобные программы реализованы во многих областях: Курской, Тверской, Владимирской, Воронежской...
— Задача регионального правительства — помочь найти на региональном уровне деньги и на возвратной основе реализовать такую программу, — считает Дмитрий Подымало. — Этот путь многие уже прошли и крепко встали на ноги. Темп роста на реформируемых предприятиях Липецкой, Тульской и других областей — до 130%. Соответственно, растут налоговые платежи. На один рубль вложений в такую программу можно получить до десяти рублей отдачи. Где вы найдете более выгодное вложение средств?
А чтобы подобная программа не стала очередным «протоколом о намерениях», необходимо выработать ее «измерители». Разработать систему индикативных оценочных показателей для каждой отрасли. Создать систему сквозных и сбалансированных показателей эффективности работы отдельных чиновников правительства (персональных критериев успеха), которая будет скоординирована со стратегией развития региона.
Как у любого проекта, у программы оздоровления имеются риски. Нежелание руководителей предприятий раскрывать информацию, заниматься бизнес-планированием — раз. Нежелание чиновников получить объективный инструмент контроля их деятельности — два. Отсутствие политической воли на уровне различных органов власти по реализации данного проекта — три. Но кто не рискует, тот редко оказывается в победителях.
В Региональном объединении работодателей «Союз промышленников и предпринимателей Ульяновской области» по данному вопросу разработаны проекты постановления губернатора, обобщен опыт передовых регионов, предложения направлены в аппарат правительства и во все ведущие министерства. Создан и Центр поддержки инноваций, который может оказывать предприятиям услуги, как по развитию текущей деятельности, так и по разработке программ стратегического развития и подготовке их и переходу на инновационный путь развития.
— Мы все уповаем на внешних инвесторов, — говорит Дмитрий Подымало. — Да, они придут. Со своим регулярно поставленным менеджментом, отточенным в конкурентной борьбе на западных и дальневосточных рынках. Они нас научат работать. Но мы все пойдем работать на них?..


Внутренние ресурсы

И все же в Ульяновской торгово-промышленной палате считают, что для тех предприятий, кто работает давно и серьезно, имеет большой оборот и отлаженную систему внешнеэкономических связей, вступление России в ВТО ничем не грозит. Ни особых плюсов, ни значительных минусов при открытии торговых границ они не получат. У тех же, для кого внешнеэкономическая деятельность является тайной за семью замками, может создаться «порог неполноценности» в правовом торгово-промышленном поле. Поскольку работают они пока на уровне закрытого пространства. Стоит его открыть — вся их работа станет никому не нужна. Ведь у большинства из них плохая структура себестоимости продукции, не внедрена система менеджмента качества, а системы измерения качества далеки от международных стандартов.
— Даже когда мы проводим экспертизу для выдачи сертификата происхождения товара, выясняется, что на многих предприятиях не поставлен четкий учет, — рассказывает Юрий Рогов. — При выдаче сертификата происхождения товара оговариваются многие факторы — от того, из какого сырья и чьих комплектующих сделан продукт, до того, какой процент в себестоимости товара составляют сырье, материалы и затраты на трудовые ресурсы. А наши эксперты сталкиваются с тем, что никакой ясности здесь нет. Порой предприятию очень сложно доказать свою «причастность» к выпускаемой продукции. Как это так — не получить патента на свою продукцию? Как не задекларировать, что она ваша? Как так — не иметь товарный знак? Если предприятие имеет товарный знак, то его продукция защищена от подделки. И таких вопросов очень много.
Рекомендации ТПП таковы. Предприятиям (вне зависимости от того, работают они на внешнем рынке или на внутреннем) нужно торопиться с освоением международных сертификатов уровня управления, которые соответствуют требованиям ВТО. Нужно учить топ-менеджеров теоретическим основам менеджмента качества и экологического менеджмента — опять-таки в соответствии с требованиями международных стандартов. Они должны знать методику проведения внутреннего аудита, так как одно из основных правил ВТО — взаимодействие с поставщиками товаров и услуг, обеспечивающими их качество. Вопрос из вопросов — повышение производительности труда. То есть подготовка к жизни в рамках ВТО должна идти в практической плоскости: обучение кадров, разработка соответствующих нормативных документов.
Нелишним накануне вступления в ВТО может стать и получение различных сертификатов, премий, званий мирового значения.
А в регионе неплохо бы создать систему мониторинга, который позволит вовремя обнаружить ущерб «нашего» производителя от экспансии иностранных конкурентов, от продажи ими товаров и услуг по демпинговым ценам. Нужно вести мониторинг информации судебных и арбитражных органов по делам, связанным с проблематикой экспорта-импорта, чтобы в последующем использовать эти наработки как инструмент защиты внутреннего рынка при возбуждении демпингового расследования.
Словом, «подстраховка» на региональном уровне никогда не окажется лишней.
Однако подстраховка подстраховкой, но рассчитывать, в первую очередь, надо на себя.
— Интуитивно меня, как ответственного за региональную экономику, беспокоит средний бизнес, — говорит Владимир Шерин. — Крупные предприятия научились отстаивать свои интересы на федеральном уровне, малый бизнес выживал и успешно развивался в период «дикого рынка» 1990-х годов, сейчас на федеральном уровне принимается комплекс мер, направленных на его поддержку. Год назад мы провели анкетирование средних предприятий Ульяновской области на предмет их готовности работы по правилам ВТО. Как вы думаете, каковы его итоги? 86% руководителей предприятий заявили, что они хорошо информированы о соглашениях ВТО и полностью готовы работать по ним уже сегодня! Надеюсь, что через несколько лет оптимизма у наших директоров не убавится.

обсудить статью

Мария Мишина

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: