Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Выжить в «красной зоне»

Главный редактор «Делового обозрения» Татьяна Задорожняя рассказала о личном опыте борьбы с коронавирусом.

Ковид – не ковид?

– У вас фарингит, – успокоила после осмотра молодая врач, которая пришла ко мне на вызов.

Накануне почувствовала себя неважно – болело горло, поднялась небольшая температура, и я (не сторонник самолечения!) позвонила в районную поликлинику.

С легкостью приняла версию участкового терапевта: фарингит – мой давний спутник по жизни, но все-таки, скорее шутя, спросила у доктора про вероятность заражения короновирусом.

– Ну, что вы, никаких симптомов ковида у вас нет, не переживайте! – улыбнулась врач в обычной маске.

Теперь-то я знаю, что коварный вирус сначала селится в верхних дыхательных путях, и надо сделать все возможное для того, чтобы задушить его там.

Кстати, мужу, который почувствовал себя плоховато через пару дней, прописали те же самые лекарства, что и мне: антибиотик, жидкость для полоскания горла, два противовирусных препарата. И ему они помогли! Отделался, что говорится, легким испугом.

«Продолжайте лечение»

– Чем это так пахнет? – муж морщил нос, стоя перед раскрытым холодильником. Быстро нашла источник нехорошего запаха, но вдруг поймала себя на мысли, что сама-то я его не чувствую!

Чтобы укрепиться в своих худших подозрениях, вышла в сад, сорвала веточку лаванды и растерла между пальцами. Нет, ничего, обоняние пропало! Что окончательно укрепило меня в мысли: мой диагноз – вовсе не фарингит.

«Чтобы укрепиться в своих худших подозрениях, вышла в сад, сорвала веточку лаванды и растерла между пальцами. Нет, ничего, обоняние пропало! Что окончательно укрепило меня в мысли: мой диагноз – вовсе не фарингит»

Я позвонила в поликлинику, поделилась своими опасениями. «Ну, приезжайте, – ответили мне на том конце провода. – У нас здесь отдельный вход для температурящих». Однако это было не так: нас с мужем отправили к дежурному врачу (была суббота), и мы сидели в очереди с людьми, которые пришли, например, с жалобами на радикулит.

Врач (все в той же в обычной маске) прослушала мои легкие, нашла в них «заложенность» и отправила на флюорографию и на сдачу крови на антитела.

Флюорография ничего не показала. Врач выписала мне отхаркивающие и отправила домой «продолжать лечение».

«Заберите меня в стационар!»

После визита в поликлинику мне стало совсем плохо. Температура поднялась до 38,1. Я выпила таблетку парацетамола и... ничего!

К ночи столбик термометра показывал уже 38,6. Меня начала бить лихорадка. Воскресный день облегчения не принес, температура не сбивалась. Я выпила четвертую таблетку антибиотика, понимая, что все напрасно: лекарство уже должно было подействовать!

Под вечер позвонила подружке, у которой муж лечился в ковид-стационаре. Она посоветовала звонить на 112, сказать, что подозрение на ковид.

Знаю, что некоторые ульяновцы тоже сталкивались с этой проблемой, когда больной человек обращается за консультацией ни на «горячую линию», ни по специальному телефону, а к знакомым. Потому что до сих пор единого алгоритма действий для таких, как я, в регионе не выработано. Люди порой остаются один на один со своей бедой, и некому им подсказать, что делать, в каких случаях бить тревогу и т.д. Добиться проведения теста на COVID-19 человеку, контактировавшему с больным, например, супругом, тоже не так-то просто.

...Воскресный вечер плавно перетекал в ночь, дела мои были совсем плохи, и мы вызывали скорую. Довольно быстро на пороге нашего дома появились два человека в жутковатых «противочумных» костюмах.


Я была наслышана о «страшилках», когда человек с признаками ковид-пневмонии буквально вынужден был умолять фельдшеров скорой о госпитализации, но мне повезло: человек в СИЗ позвонила по телефону, выяснила, что место в стационаре найдется, и желтая машина повезла меня по ночному городу в ковид-отделение Госпиталя ветеранов войн.

«Фельдшер скорой помощи, выслушав мои жалобы, сразу предупредил: "А если у вас нет ковида? в стационаре вы его подцепите 100 %!"»

Теперь понимаю, что дома с таким диагнозом (двусторонняя пневмония, вызванная коронавирусной инфекцией, сильная интоксикация) я бы просто не выжила.

Лекарств не хватает

– А почему им колют витамин С, а мне нет? – спрашивает бойкая Геля врача, на что та резонно отвечает, что у каждого пациента программа лечения своя, индивидуальная.

Судя по всему, у меня в палате было самое тяжелое состояние, потому что мне кололи больше всего лекарственных препаратов. Первые дни по пять флаконов за день в виде систем: антибиотик, бронхорасширяющее, жаропонижающее. Инъекции витамина С и гормона, а также отхаркивающие порошки и антивирусный препарат с доказанной эффективностью от коронавируса. У всех сильнодействующих лекарств – неслабая «побочка», и все пациентки нашей палаты на себе это испытали.


Сил не было ни на что! Проклятый вирус высасывает из человека всю жизненную энергию, превращая его в совершенно бессильное существо…

И если, по словам медсестрички, «антибиотики поступают тоннами», то с некоторыми препаратами в ковид-госпиталях были перебои. И в первую очередь, с кроворазжижающим препаратом гепарин. Без него пациент с ковид-пневмонией запросто может заполучить тромбоз. Я была предупреждена заранее, поэтому сразу мои родные передали мне фраксипарин – дорогой и более эффективный аналог гепарина. Для этого им пришлось объехать немало аптек: растущее число ковид-пациентов привело к дефициту противотромбных препаратов – фраксипарина и клексана.


А еще в инфекционном отделении Госпиталя ветеранов войн, к сожалению, не было компьютерного томографа, который определяет степень поражения легких, – только рентген.

Но к счастью (если в моем случае это слово вообще уместно), я попала в ковид-стационар, когда медики уже научились эффективно справляться с коронавирусной инфекцией и вызванной ею пневмонией. И если мой первый тест на COVID-19 был положительным, то уже второй, а затем и третий тест показал отрицательный результат.

«В адской лотерее я вытянула билетик в "красную зону"»

Это вам не Коммунарка

Однажды около полуночи в нашем отделении раздались истошные крики. Я выглянула из палаты и увидела бегущего по коридору мужчину, изрыгающего громкие проклятия, требующего телефоны завотделения, Минздрава и т. д.

Утром медсестра рассказала, из-за чего был весь сыр-бор. Оказывается, бузотера и еще одного больного (похоже, с отрицательным тестом на ковид) поселили в маленькой комнате. И вот им подселяют третьего, потенциального ковид-носителя. Завопишь тут!

На самом деле, это огромнейшая проблема. Ведь не все люди, попавшие в ковид-госпитали, имеют «положительный» статус. Некоторых привозят с пневмонией и высокой температурой в рассадник инфекции, но первый же тест показывает, что ковида у них нет. А вот второй тест, как у моей соседки по палате, уже положительный! Как же плакала женщина, когда ей сообщили это, сердце разрывалось от жалости. А что делать?! В регионе нет госпиталей с отдельными «карантинными» боксами, как в Коммунарке, размещают всех, что говорится, в одну «кучу». Некоторые кровати, правда, разделены ширмами. Медики советуют носить круглосуточно маски, но разве это спасет, если туалет общий, и медперсонал ходит из палаты в палату...


В нашей палате лежали две немолодые женщины, которые точно знали, где они заразились COVID-19. Одна лечила в стационаре почки, другая – сердце. И после того, как их свозили на УЗИ, несчастным стало хуже: температура, пневмония. В результате их отправили в ковид-госпиталь. Представляю, как им было обидно...

В ковид-госпитале я слышала звуки, которые мне хотелось бы забыть навсегда. Но вряд ли получится. И один из таких звуков — противный, квакающий сигнал ковид-перевозки, заезжающей на закрытую территорию госпиталя. Звук беды, не замолкающий ни на сутки. Слыша его снова, снова и снова, мы с товарками вздыхали: «Еще одного привезли».

В нашу палату регулярно забегала медсестра с одним и тем же вопросом: мест нет? Не было у нас мест. И так запихнули шестую кровать, что расстояние между койками сократилось до 50 см. Но мы не роптали: больная бабушка Зина провела несколько часов в коридоре...

Наличие мест в ковид-госпиталях города – актуальная проблема нынешней осени. Как известно, летом были закрыты инфекционные больницы в районных центрах (Большое Нагаткино и т.д.). Сейчас они вновь принимают пациентов.

«Меня часто спрашивают, как думаешь, где ты это подцепила? Я не думаю, я не знаю!»

Низкий поклон медикам!

В Госпитале ветеранов войн (хорошее наследство губернатора Горячева!), куда я попала вовсе не «по блату», а по месту жительства, была достаточно комфортная обстановка. Свежий ремонт в палате с высокими потолками, палатный душ и туалет с новой сантехникой, приличное, почти санаторное питание.


Обстановка очень сильно влияет на настроение пациентов, равно как и человеческий фактор. Весь персонал нашего отделения был сама доброта.

Для меня просто за гранью понимания, как медики могут работать в таких условиях и сохранять лучшие человеческие качества. Так ласково, доброжелательно разговаривать с пациентами, вселять в нас надежду на выздоровление. Я очень благодарна своему лечащему врачу, которая не просто профессионально подобрала мне эффективное лечение, вытащив буквально с того света, но и находила для меня, отчаявшейся, правильные слова, слыша которые, я верила, что в конце концов все будет хорошо.

Еще несколько месяцев назад эти люди ходили по своим отделениям в удобных легких халатах, а сейчас они с ног до головы облачены в жуткие СИЗы из недышащих материалов! Они носят по 2-3 пары перчаток, и их запястья плотно замотаны скотчем (представляете, как страдает нежная женская кожа?). Некоторые сотрудники инфекционного отделения вынуждены надевать памперсы.

Одна медсестричка мне призналась: «Утро только началось, а я уже вся вспотела! ПОтом и глаза заливает, ничего не вижу! Прихожу с работы, ноги мозжат, спать не могу. За ночь усталость не проходит...»

Лично для меня люди, спасающие человеческие жизни на ковид-передовой, – настоящие герои, нижайший им поклон!


До полной победы еще далеко

13 дней я провела в ковид-стационаре, но с выходом из «красной зоны» мое «путешествие на лодке К-19», увы, не закончилось. Впереди меня ждет борьба с последствиями мутировавшего юханьского вируса, долгая реабилитация, и возвращение к нормальной жизни будет зависеть, прежде всего, от меня самой. Как бы ни мучили кошмарный кашель и бессилие, нужно обязательно делать дыхательную гимнастику, ходить по лесным дорожкам, выполнять посильные физические упражнения. А еще нужны витамины и специальные продукты, которые помогут измученному организму восстановиться, укрепить иммунитет.

Знаю, что в некоторых российских городах есть государственные учреждения, которые осуществляют программы реабилитации по ОМС для пациентов, перенесших ковид-пневмонию. Когда я на приме у терапевта районной поликлиники спросила про такую реабилитацию в Ульяновске, то внятного ответа не получила.

Зато выяснила, что клиника Нины Березиной подготовила целый ряд эксклюзивных программ для людей, перенесших COVID-19. Каждому пациенту – индивидуальный подход, свои процедуры.

И это внушает надежду на то, что после перенесенной ковид-инфекции можно вернуться к полноценной жизни.

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: