Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Ульяновский врач Дмитрий Малых:
«Коронавирус изменит отношение
к вакцинации»

Врач-педиатр, невролог, член Союза педиатров России Дмитрий Малых рассказал в эксклюзивном интервью «ДО» о том, нужна ли самоизоляция, реально ли опасен коронавирус и что, по прогнозам медиков, будет дальше.

Фото из личного архива Дмитрия Малыха

Без иммунитета

— Сегодня много мнений насчет опасности коронавируса. Кто-то считает, что это просто специально раздутая паника…

— Я исхожу из оценки массива данных, которые есть на текущий момент. 1,5 миллиона заболевших по всему миру, летальность — от страны к стране разнится и составляет от 1 до 5-6%. Это очень высокие показатели. Представим, что от насморка будет погибать 5-6 человек из 100 — это катастрофа. Так что это действительно угрожающие цифры.

Лично я не отношусь к категории «ковидоскептиков». Это серьезное заболевание, против которого, что очень важно, у нас нет вакцины. Его часто сравнивают с гриппом, однако против него вакцина есть. Она от года к году имеет разную, но в целом высокую эффективность.

Еще один важный момент — против коронавируса нет надежного лечения. Сейчас пробуют все подряд, и наибольший оптимизм пока дает лечение с помощью переливания плазмы крови выздоровевших пациентов. Но, опять же, пока нет достаточных массивов данных, которые подтвердили бы, что это хорошо работает. Уже было немало кейсов, когда мы говорили одно, а на следующий день понимали, что это плохой совет. Коронавирусная инфекция пока очень малоизучена, каждый день мы узнаем что-то новое.

— Часто приводится статистика, что от туберкулеза умирает больше людей каждый день, чем от коронавируса…

— Против туберкулеза есть очень эффективная вакцина. Если гражданин пропустил вакцинацию, это его проблема — он не побеспокоился о своей безопасности. Заразность туберкулеза значительно меньше коронавируса. Плюс терапия против него достаточно эффективная. Да, умирает людей больше, но туберкулез появился давно, а коронавиурс — совсем недавно.

— Есть версия, что одной из причин пандемии — то, что мы много бесконтрольно употребляем антибиотики. Может ли действительно быть такая связь?

— Судя по всему, нет. Просто это совершенно новая инфекция, в отношении которой ни у кого на Земле нет иммунитета.

— Также многие уверены, что коронавирус «ходил» по России с прошлой осени, когда было много случаев нетипичного течения ОРВИ.

— Я отношусь к этому скептически. Мы склонны сегодня считать, что это все же китайская инфекция, а в Ульяновской области нет безумного количества китайцев. Если оценивать смертность от пневмококковых и других бактериальных пневмоний в эпидсезон, она была высокая и в прошлом, и в позапрошлом году. Люди умирали от пневмоний, но, по всей видимости, не от коронавирусных. По симптомам они сильно отличаются: пневмококковая пневмония не будет протекать легко, как бывает в ряде случаев при коронавирусной пневмонии. Первая более агрессивна и, как правило, имеет хороший ответ на антибактериальную терапию. При коронавирусной пневмонии антибиотики не работают.

— Почему кто-то переносит коронавирус тяжело, а у других симптомы проявляются минимально?

— Никто не знает ответ на этот вопрос. Но в общей структуре видно, что тяжесть заболевания зависит от возраста пациента, наличия или отсутствия у него хронических болезней, курящий он или некурящий. Ведь в первую очередь поражаются легкие.

Что касается детей, то в США был один случай летального исхода от коронавирусной инфекции у младенца. Также летальный случай зарегистрировали в Европе у 4-летнего ребенка, но с тяжелыми сопутствующими заболеваниями. Так что пока, исходя из данных, вероятность тяжелого течения инфекции у детей чрезвычайно низкая.

Политическое решение

— Многих ульяновцев, особенно представителей бизнеса, сегодня волнует вопрос: действительно ли самоизоляция нужна? Насколько она эффективна?

— Исходя из данных, которые мы имеем в других странах, самоизоляция — лучшая возможность для предотвращения агрессивного распространения инфекции. Главный риск — когда заболевает одновременно огромное количество людей, и система здравоохранения не может справиться с потоком пациентов. Это мы наблюдали в Испании, Италии, частично во Франции и США.

Получается, что самоизоляция -- мера самая правильная. Но есть другая сторона медали. Коронавирус — не только медицинский, но и социальный вопрос. Принимая решение об ограничениях для граждан, нужно считать, способна ли экономика конкретной страны, региона, города справиться с необходимым уровнем ограничений. Богатые страны в основном вынуждены жертвовать экономикой ради спасения жизней.

«Богатые страны в основном вынуждены жертвовать экономикой ради спасения жизней»

Если брать наш регион, то, что озвучило правительство Ульяновской области (расширить список предприятий и сфер деятельности, где можно работать — прим. авт.) — это политическое решение. Судя по всему те, кто его принял, полагают, что режим полной изоляции несет больше рисков, чем постепенное открытие разных секторов экономики. Может пострадать больше людей, чем от самого вируса. Есть медицина, а есть экономика.

— Получается странная ситуация: количество заболевших у нас растет, а карантинные меры становятся более мягкими…

— Думаю, здесь учитываются разные аспекты: возможность банкротства, безработицы, роста уличной преступности и так далее. В каждом регионе есть штаб по борьбе с распространением коронавирусной инфекции, в который входят не только медицинские профессионалы, но и представители других сфер, отвечающие за бизнес, безопасность, аграрный сектор. Они занимаются комплексной оценкой всевозможных факторов для принятия окончательного решения, как действовать в текущей ситуации.

— Губернатор Сергей Морозов каждый день говорит о первичноположительных больных. Первый тест на коронавирус у них оказался положительным, теперь ожидаются результаты второго теста. Это нормальная практика?

— Это соответствие текущей нормативно-правовой документации. Нет никаких увиливаний со стороны региона и попыток исказить статистику. Сейчас по рекомендации Минздрава РФ порядок действий такой. Первичный тест проводится в регионе; если он оказывается положительным, для подтверждения требуется провести повторное тестирование в лицензированной лаборатории — в Москве, Нижнем Новгороде, Новосибирске. В самой Москве сейчас алгоритм уже другой: уже после первого теста выставляется диагноз «коронавирусная инфекция». На то, что он будет отрицательным после второго теста, шансов немного.

— Значит в ближайшие дни у нас можно ожидать официального кратного увеличения количества заболевших? Результаты повторных тестов, как было заявлено, проводятся в течение 5-6 дней.

— Да, безусловно. И, судя по всему, рекомендация проводить повторные тесты для регионов, скорее всего, будет отменена. Лабораториям технически очень сложно обрабатывать десятки тысяч биологических материалов. Это нецелесообразно как с экономической, так и с медицинской точки зрения.

— Ульяновская область готова к наплыву коронавирусных больных?

— Думаю, что кроме Москвы сегодня никто не готов к драматичному развитию ситуации. И наш регион в том числе. У нас не хватает средств индивидуальной защиты. Скорее всего, недостаточно коек в палатах интенсивной терапии. Но у нас есть время, и работы в регионе ведутся. Постепенно ситуация улучшается, власть реально работает. К моменту ухудшения у нас уже будет больше ресурсов.

«Кроме Москвы сегодня никто не готов к драматичному развитию ситуации. И наш регион в том числе. У нас не хватает средств индивидуальной защиты. Скорее всего, недостаточно коек в палатах интенсивной терапии. Но у нас есть время, и работы в регионе ведутся. Постепенно ситуация улучшается, власть реально работает. К моменту ухудшения у нас уже будет больше ресурсов»

Минобороны строит в стране специализированные COVID-центры. Ближайшие к нам — Нижний Новгород и Оренбург. Вне всякого сомнения, будет выстроена логистика в случае необходимости транспортировки наших больных в эти центры.

Если все же реализуется сдержанно негативный сценарий, с учетом той работы, которая проводится, Россия должна справиться.

— Многие спрашивают: как защитить себя, если нужно ходить на работу?

— Входные ворота инфекции, как известно — слизистые. Носить маску полезно — чтобы ограничить контакт рук и лица. Мы трогаем наше лицо очень часто, несколько тысяч раз в день.

Второе — нужно использовать антисептики: обрабатывать руки при первой возможности. Третье — минимизировать контакты с большим количеством людей вне работы: реже ходить в магазины, избегать по возможности места массового скопления и так далее. То есть тот же режим жизни, как при самоизоляции, просто добавляется опция «посещение работы». А другие ограничения продолжают действовать.

Далее — используйте по возможности для поездок на работу личный транспорт или такси. Важный момент: без веской необходимости не посещайте медицинские учреждения, только в самых крайних случаях. И максимально переведите все манипуляции в дистанционный формат — оплату коммуналки, получение консультаций специалистов и так далее.

Уйдем в онлайн

— Когда пандемия может пойти на спад в России?

— По последним данным, усредненная цифра выхода распространения инфекции на пик в нашей стране — конец апреля — начало мая. Постепенное снижение и стабилизацию ситуации ожидают к середине июля. Эти данные основываются на текущей эпидобстановке, информации по распространению инфекции в других странах и текущих карантинных мерах. Последний пункт очень важен: послабление карантинного режима может оказать прямое влияние на удлинение сроков пандемии в России и увеличить риски более широкого распространения коронавирусной инфекции.

— Как все эти события изменят наш мир?

— Первый фактор, на который я очень сильно рассчитываю — то, что пандемия резко изменит отношение к вакцинации. Вот он, «прекрасный, чудесный мир без вакцин»: пустые Париж и Нью-Йорк, самоизоляция… К этому нас подталкивают достаточно многочисленные сторонники антипрививочного движения. А ведь коронавирус — это не такая заразная и губительная инфекция, как корь. Я рассчитываю на то, что люди задумаются и изменят свою точку зрения на необходимость вакциниции.

Меняется отношение к медицинским профессионалам. Как мы видим, когда ситуация развивается радикально, спасение во врачах и медсестрах, к которым до этого отношение не всегда было таким, как сейчас.

Третье — меняется подход к онлайн и офлайн-форматам: бесконтактные платежи, минимизация обращения наличных денег, резкий рост спроса на профессии, где можно работать дистанционно с сохранением высокого качества. Возможно, это подтолкнет ряд компаний к переходу на удаленную работу.

«Пандемия резко изменит отношение к вакцинации. Вот он, «прекрасный, чудесный мир без вакцин»: пустые Париж и Нью-Йорк, самоизоляция…»

Изменится отношение к гигиене. Как многие сейчас шутят: нас научили мыть руки. И в будущем это сократит и заболеваемость другими вирусными инфекциями, для которых лучшая профилактика — гигиена.

Думаю, что в некоторой степени изменится подход к пониманию ситуации, когда именно требуется врачебная помощь. Сейчас мы видим резко упавший спрос на консультативные приемы у разных специалистов. С одной стороны, это связано с тем, что болеть из-за карантина стали меньше. С другой — люди чаще стали задумываться: «А действительно ли мне нужно идти к доктору?»

Российский подход к медицине, где помощь оказывалась дешево и достаточно быстро, часто подталкивала наших граждан обращаться к медикам тогда, когда не нужно. В итоге это приводило к тому, что пациентам, которым врач действительно необходим, приходилось ждать, когда им окажут помощь. Я бы очень хотел, чтобы это изменилось.

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: