Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

«Мы должны были купаться во всем этом сырье». Почему в богатой стране живут бедные люди?

Яков Миркин, писатель, экономист, заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН, профессор департамента финансовых рынков Финуниверситета, описал работу российской экономической машины, обозначив ее сильные стороны и явно слабые места.

Фото: Nicholas Githiri, Pexels

Умеренная бедность

Экономика современной России – это экономика умеренной бедности. ВВП на душу населения в нашей стране в 2020 году составил $10 тысяч после $16 тысяч в 2013 году. По этому показателю Россия занимает 65-е место в мире, нас перегнали Китай с его гигантским населением ($10,3 тысячи на человека) и Малайзия ($10,3 тысячи).

Такие данные представил писатель, экономист, заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН, профессор департамента финансовых рынков Финуниверситета Яков Миркин, выступая перед журналистами на финале конкурса «Рублевая зона».

«Огромных социальных рисков не возникает, все более или менее сытые (хотя многие со мной не согласятся). Но это достаточно низкий уровень человеческого развития, соответствующий 40-60-м годам 20 века в мире», – отметил эксперт.

При этом в России сохраняется огромная разница между регионами. Если взять ВРП на душу населения в 2017 году, то Москва – примерно на уровне Чехии ($21,7 тысячи), Санкт-Петербург – на уровне Польши ($12,5 тысячи). Ленинградская область уже ближе к Мексике ($9,2 тысячи), а Псковскую область можно сравнить с Гватемалой ($4,1 тысячи).

Экономист называет Россию обществом неравноправия. На 0,4% счетов приходится 43% суммы всех вкладов населения. 1,4% населения, то есть 2 млн человек из 146 млн, владеют 63% всех вкладов в России. И наоборот: 93-94% тех, кто живет в России, владеют только 9% вкладов. А 60-65% россиян вообще не могут сберегать.

63% всех вкладов в стране принадлежат 1,4% жителей

«Человейники»

Еще Россия – это экономика отрицательной демографии. По продолжительности жизни мы занимаем 100-106 место в мире. В 2020 году население страны составило 146,2 млн человек. Это больше, чем было 1991 году, когда у России не было Крыма (148,3 млн человек). Только за 2020 год страна не досчиталась почти 700 тысяч жителей.

Помимо естественной убыли, которая прогнозируется в России на горизонте 2050 года, Яков Миркин отметил такой фактор, как «человеческое опустынивание» регионов. Все стягивается в центре – прежде всего в Москве, Санкт-Петербурге, Московской области. Люди концентрируются в крупных городах, в многоэтажных застройках – «человейниках».

Между тем, в западных странах самым комфортной формой жизни считается индивидуальное жилье. Коттедж и собственный участок становятся мерилом успешности, достижения определенного уровня зрелости – как социальной, так и финансовой.

«Одноэтажная Россия» имеет большой потенциал, продолжает спикер. Из данных Росрееста следует, что 125 млн га земли фактически ничем не заняты – они не засеяны сельскохозяйственными культурами, не застроены, не находятся под водой, лесом и поселениями. Еще 89 млн га – это «земли запаса», находящиеся в государственной и муниципальной собственности. Выходит более чем по гектару на каждого живущего в России.

«Если бы мы захотели не загонять всех в «человейники», а заниматься «одноэтажной Россией», мы вполне могли бы это сделать», – убежден экономист.

Но для качественной жизни нужна модернизация, создание современной социальной инфраструктуры. Яков Миркин отмечает: доля уличной водопроводной сети, нуждающейся в замене по России, по состоянию на 2017 год достигала 44,8%. Это 169 тысяч километров, или четыре окружности Земли. От региона к региону процент изношенных сетей еще более внушительный: Красноярск – 71,5%, Пермь – 76,9%, Саратов – 81,6%...

Сырьевая машина

У экономики России есть безусловные сильные стороны. Страна занимает второе-третье место в мире по производству нефти, первое – по производству алмазов, второе по алюминию, титану и платине, третье – по золоту, четвертое – по серебру.

Россия на первом месте по выращиванию ячменя, на втором – по выращиванию ржи, на четвертом – по выращиванию пшеницы, на шестом – по производству лесоматериалов. А еще страна богата природным газом, сталью, медью, цинком, минеральными удобрениями и многим-многим другим.

«Действительно, огромная, великая сырьевая машина, богатейшая страна и экономика. Мы должны были бы купаться во всем этом сырье», – говорит Яков Миркин.

Есть ряд отраслей, где создано «экономическое чудо». Это зерновое хозяйство, военно-промышленный комплекс, фармацевтика, производство профессиональной одежды, плит, бордюров. В этих отраслях государство искусственно сформировало «нормальные» рыночные условия – доступные кредиты, низкие налоги, бюджетные субсидии и так далее.

«Нам очень помогает девальвация рубля, потому что во время падения цен на нефть девальвация рубля сохраняет прибыльные экспортные отрасли – нефть, газ, металл, уголь, древесина и так далее. На плаву экономику держит и серая, неформальная экономика. Ее доля в ВВП, по оценкам, от 35 до 40%. В минуты неприятностей и моменты кризиса многие уходят в «сады-огороды», занимаются отходничеством и так далее. Это неправильный способ жизни, но тем не менее это то, что удерживает экономику более-менее стабильной», – отмечает Яков Миркин.

«Серая» экономика, по некоторым оценкам, достигает 35-40% ВВП России

Стагнация и кризисы

Тем не менее, российская экономика – все же «мелкая машина». В глобальном ВВП она занимает всего 1,8% (в 2013 году было 2,8%). Финансовая система еще меньше – 0,5-0,7% глобальных финансовых активов, и этот показатель тоже снижается.

«В целом за десятилетие наша доля в мировом экономическом «пироге» все время сжималась. Это модель обмена «сырья на бусы», где традиционно наш импорт – оборудование, комплектующие и товары народного потребления», – подчеркивает эксперт.

Еще одно определение Миркина – «штормовая экономика»: нет ничего более волатильного, чем цены на нефть и газ, от которых мы зависим. Кризисы настигают Россию один-два раза каждые 10-15 лет.

Страна критически зависит от импорта оборудования, технологий, инструмента, электроники, непродовольственного «ширпотреба». В России, по данным за 11 месяцев 2019 года, сшили всего по одной юбке на 26 женщин и одному бюстгалтеру на девять женщин. Зонтиков от дождя производят не более 15 тысяч штук в год… Все это, как и обувь, товары для детей, спортоборудование и многое другое, в основном закупается за границей.

«Огромные пустые ниши в экономике простых вещей. Конечно же, мы заслуживаем иного – чтобы быть большой универсальной экономикой», – говорит экономист.

«Большое латиноамериканское приключение»

«Денежный холодильник» – так характеризует Яков Миркин состояние российской финансовой системы: низкая насыщенность деньгами (65-е место в мире в 2019 году), низкая доступность кредита (62-е место), высокая или потенциально высокая инфляция (132-е место в мире), слабые финансовые рынки и их спекулятивная модель. Между тем, экономика перегружена резервами, за счет которых можно было бы расти (международные резервы, ФНБ) – больше $600 млрд.

Эксперт выделяет и другие факторы: огромный вывоз капитала (больше $840 млрд за 25 лет), избыточное налоговое бремя, растущая олигополизация, офшорные инвестиции.

«И, конечно, воздействие санкций, когда вас постепенно, год за годом сжимают – ограничивают доступ к технологиям и рынкам капитала», – добавляет Яков Миркин.

Он называет российскую экономику в текущем ее состоянии «большим латиноамериканским приключением» – штормовым и сверхволатильным.

«Без изменений она просто обречена на низкие темпы роста – если вдруг не произойдет какого-то скачка в ценах на сырье, как это произошло в «золотые» 2000-е годы», – резюмирует спикер.

По каким сценариям, по версии Якова Миркина, будет развиваться российская экономика в 2021-2025 годы, читайте в июльском номере журнала «Деловое обозрение».

comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: