Деловое обозрение Первый ульяновский журнал для бизнеса и о бизнесе

Архитектура – дело всей моей жизни

Гость номера – Заслуженный архитектор Ульяновской области Григорий Молчанов.

Фото: Виктория Чернышева

Григорий Борисович Молчанов родился в 1962 году в Куйбышеве (ныне Самара). В 1984 году окончил Куйбышевский инженерно-строительный институт им. А.И. Микояна. С того времени работает в Ульяновске в сфере архитектурно-строительного проектирования.

С 2016 года – аттестованный эксперт проектной документации для строительства (единственный в Ульяновске эксперт – дипломированный архитектор). В 1991 году вступил в Союз архитекторов СССР (ныне Союз архитекторов России). В 2020 году удостоен звания «Заслуженный архитектор Ульяновской области».

Женат. Имеет двоих детей и одного внука.

– Григорий Борисович, недавно вы стали заслуженным архитектором Ульяновской области. Профессионалов, удостоенных этого звания, наберется всего несколько человек. С какими эмоциями узнали о награде?

– Для меня это очень значимое моральное поощрение. И, конечно же, дополнительная ответственность. Если я допущу оплошность в ранге заслуженного архитектора, спрос с меня будет особенно строгий. Быть «как все» теперь не получится.

– Сколько лет вы уже в профессии?

– Почти 40. С детства я увлекался рисованием и лепкой из пластилина, поэтому родители отвели меня в изостудию Дворца пионеров. К выпуску из школы у меня появилась цель стать архитектором. Поступил на архитектурный факультет – так началась моя захватывающая, полная творческой страсти, взлетов и разочарований жизнь в этой профессии.

– В Ульяновск попали по распределению?

– Я получил красный диплом, а потому у меня была возможность самому выбирать место работы. Об Ульяновске остались яркие воспоминания из детства по пионерским экскурсиям. Тогда город поразил меня уютом и чистотой, величественным ансамблем Ленинского мемориала, иностранными туристами, которых в СССР можно было встретить крайне редко. Поэтому я выбрал именно этот город.


– Какие проекты были первыми?

– В «Ульяновскгражданпроекте» меня довольно быстро подключили к серьезным объектам. Один из них – проект Международного молодежного центра, который хотели построить к 125-летию со дня рождения Ленина. Огромный комплекс с гостиницей и концертным залом должен был располагаться в пойме Свияги в районе Черного озера. До реализации проекта дело не дошло, но опыт я приобрел очень хороший.

Я полноправно участвовал в проектировании застройки больших новых микрорайонов в Засвияжье и Заволжье. Один из них – на пересечении Самарской и Камышинской. Застройка здесь состоит из типовых зданий, но нам удалось сделать нарастающие ступенчатые каскады жилых секций, пристроенные к ним индивидуальные объекты соцкультбыта. Для Ульяновска 80-х это решение было интересным и сложным.

– Вас не обижает, что словосочетание «спальный район» имеет сегодня, скорее, негативную окраску?

– Ну спать на самом деле – неплохо (смеется), это часть нашей жизни. Важно видеть в характерных особенностях территории ресурс для развития. Например, в микрорайонах по улице Шолмова есть покой, экология нормальная, рядом Свияга… Если бы еще обустроить пойму, будет просто шикарный район.

– Какие бы вы еще отметили свои знаковые объекты?

– Особенный в моей творческой биографии – проект молодежного жилого комплекса «Центральный» на Гончарова. Он выполнен группой молодых архитекторов «Ульяновскгражданпроекта». Наш МЖК (первый в городе!) расположен за нынешним зданием Сбербанка. Мы впервые с 1950-х годов вернули в жилую застройку исторические материалы и формы, чтобы комплекс гармонично вписался в ткань городского центра. Первая моя постройка в роли главного архитектора проекта – торговые ряды Центрального рынка с красными черепичными крышами и шапочками-пирамидками.

– В числе ваших, несомненно, удачных работ – обновленное здание аэропорта имени Карамзина и бульвар Новый Венец…

– Когда я пришел в «Симбирскпроект», то начал работать над объектами очень высокого уровня. Аэропорт «Центральный» был типовым сооружением 1969 года постройки. К 2010 году здание много лет не эксплуатировалось по назначению, практически разваливалось. На месте старого аэровокзала мы, по сути, возвели новый – сохранилась лишь часть несущих конструкций. Это была очень сложная и интересная работа, с государственной экспертизой проекта, с приемкой объекта федеральным «Ростехнадзором».

Что касается Нового Венца, то комплексное благоустройство такого большого пространства с капитальным ремонтом провели впервые за очень долгое время. Мы технически создали новый объект со специально разработанными конструкциями покрытия площадей, аллеями с возможностью проезда техники. Установили новые фонтаны, фонари и скамьи с гербом Симбирска, обустроили смотровые площадки и лестницы. Теперь это достойный волжский фасад Ульяновска.


– Как вы в целом оцениваете архитектурный облик Ульяновска? Его центральной, туристической части?

– Наш город обладает великим богатством – бережно сохраненными памятниками архитектуры, целыми улицами с застройкой старого Симбирска. В последнее время появляются интересные современные здания, хорошо вписанные в историческое окружение, и не обязательно в стиле «ретро». Но гармония складывается не всегда. В целом архитектурный уровень современного строительства невысок.

– Как думаете, почему?

– Проблема комплексная. На общую картину влияние оказывают много факторов: нормативно-правовая база, управление градостроительством, качество проектирования, экономика, культурный уровень заказчика и так далее.

Но, думаю, главное заключается в том, что у нас не сформирована общественная потребность в высококачественной архитектуре. Нет общественного вкуса. Многим важно иметь угол, где жить, большинству достаточен уют в пределах квартиры, в лучшем случае – до шлагбаума «клубника» или коттеджного поселка. Но в неустроенности городской среды почему-то винят архитекторов, которых даже не привлекали к ее обустройству.

– Как быть?

– Вода камень точит. Каждому на своем месте нужно выполнять свою работу как можно лучше. Защищать свои архитектурные решения, доносить до общества и властей свои творческие идеи, а не прорываться к пресловутому «рулю». Профессионализм и личный позитивный опыт, подкрепленный глубокими знаниями и развитым пониманием, является тем самым «плацдармом», наступая с которого архитектор завоевывает общественный авторитет. Этот авторитет и доверие к нашей профессии должны нарастать как культурный слой. Тогда наш труд будет все более востребован, и хорошей архитектуры станет больше.

– Над чем вы сейчас работаете?

– У нас в работе много интересных проектов. Некоторые из них уже реализуются: воссоздание Спасского храма на улице Дворцовой; детский технопарк «Кванториум» в Димитровграде; Центр тяжелой атлетики в Солдатской Ташле. Наш проект современного общежития для студентов УлГУ проходит федеральную госэкспертизу.


Есть интересные проекты по реновации городских кварталов. В районе проспекта Гая – улицы Героев Свири появятся нетиповые самобытные дома в интересной цветовой гамме. Еще один реновационный квартал расположен в районе Центрального железнодорожного вокзала на Локомотивной.

Также я занимаюсь экспертизой проектной документации. Ответственную работу эксперта я считаю очень важной. Моя задача – не «зарезать» проект, а добиться того, чтобы он стал лучше – безопасным и более функциональным.

– Что для вас архитектура?

– Это дело моей жизни, я воспринимаю архитектуру как свое предназначение. И с удовольствием им занимаюсь. Что может быть лучше?


– Как проходит обычный день архитектора?

– Обычно я нахожусь в потоке, в рабочей «реке». Выпадаю на ночь, но вечером тоже работаю, ложусь с мыслями, что надо сделать завтра. Изредка высаживаюсь «на берег» – ухожу в отпуск недели на две.

– Как отдыхаете?

– Езжу на дачу в деревню, отключаюсь, занимаюсь рукодельным строительством, садом-огородом – тем, что в пределах моих умений.

– Расскажите о вашей семье.

– Жена Ирина тоже по образованию архитектор. Мы с ней окончили один вуз, но познакомились только в Ульяновске – она училась на два курса младше. У жены наследственный талант к педагогике, ее мама известный в Самаре учитель. Сейчас Ирина работает в детском доме, воспитывает подростков с трудной судьбой, занимается с ними творчеством.

Сын Константин работает в сфере IT, у него самого есть замечательный трехлетний сын – мой внук Павел Константинович, как он сам себя называет. Дочь Арина перешла на третий курс Казанского университета, изучает иностранные языки – английский и китайский. Будущий педагог, она уже успешно преподает школьникам английский по интернету.


– Профессионально свою квартиру и дачу как-то совершенствуете?

– Признаюсь: дома я архитектурный диктатор (смеется). Делаю то, что задумал. В этот момент уверен, что это единственно правильное решение. Хотя потом понимаю, что иногда бываю не прав.

– А домашние?

– Домашние привыкли, уступают моему напору, не обижаются. Они понимают, что архитектура – это дело всей моей жизни.


comments powered by HyperComments

Войти с помощью учетной записи uldelo.ru


Войти с помощью аккаунта в социальных сетях: